Меня встречал высокий и крепкий негр. Он не склонялся в поклоне, как Надж. Окинул меня недовольным взглядом и кивком головы указал следовать за ним. Ни тебе здрасти, ни добро пожаловать. Шаги у него были огромные, я почти бежал за ним, а он как будто и не замечал этого. Мы проходили не по красивым залам и коридорам, которых в таком дворце должно быть несметное количество. Меня вели самыми темными коридорами, узкими и неприглядными. Перед разваливающейся дверью негр остановился и указал на нее подбородком:
— Живешь здесь.
Я толкнул ее, и дверь с натужным скрипом отворилась. Моему взору открылась небольшая и узкая комната, пахнущая сыростью и плесенью. Она была даже меньше моей гардеробной в прошлом дворце. Да тут даже моя новая одежда не поместится. С надеждой я посмотрел на негра:
— Это какая-то ошибка.
— Нет ошибки. Твоя комната. Скажи спасибо, что не на конюшне.
Рот сам открылся. Я не могу жить в таких условиях! Понятно, что Азиз решил меня проучить, но не так же жестоко!
— Я хочу увидеть Азиза! – только и оставалось сказать мне. На что негр усмехнулся, показывая свои белоснежные зубы:
— Это невозможно. Повелитель не желает тебя видеть.
С этими словами он исчез, а я на негнущихся ногах прошел в свое новое жилище. Тут была низкая кровать, да тумбочка рядом. И все. Больше мебели не было. Даже шкафов. Что я такого сделал Азизу, чтобы он так ко мне относился? Неужели он раз и навсегда меня поселил сюда? Неужели он никогда больше не захочет меня видеть? Мне стало очень страшно. Какой же я идиот. Ну почему, когда у меня было все, я этого не ценил? Как бы мне хотелось все изменить. Я должен попытаться. Полный решимости, я оставил комнату и стал блуждать по коридорам. Чем дальше я заходил, тем уже и неопрятнее они были. Вскоре я понял, что зашел явно не туда, развернулся, поплутал еще немного и понял, что заблудился. Самое удивительное, что мне не встретился ни один человек за это время. Да что за невезение такое? Я поступил так же, как и любой нормальный человек – громко закричал. Раз, другой, потом мне настолько это понравилось, что я уже не останавливался.
— Ты что орешь, идиот? – возник из-за спины какой-то потрепанный старик.
— Потерялся.
— А орать-то что?
— На помощь звал.
— Говорю же, идиот. Ты кто вообще?
— Я наложник Азиза.
Старик расхохотался:
— Наложников в этой части дворца быть не может.
— А я вот есть.
— Ладно, пошли, отведу тебя к прислуге.
— Я не прислуга.
— Там решим, — отмахнулся старик и проворно потопал вперед. Я еле поспевал за ним. Что они все здесь так быстро ходят? Мода такая?
После долгих петляний и подъемов по ступенькам мы оказались на кухне. Мой желудок жалобно заурчал – я с утра ничего не ел. Знакомый мне ранее негр был тут. При виде меня у него на лице застыл недовольный оскал, не иначе.
— Что, есть с ним неприятности? – с надеждой спросил он у старика.
— Нет, — весело ответил тот. – Мальчик потерялся.
— Хм, да? Ладно. Есть хочешь?
— Да, — в один голос ответили я и старик.
Негр посмотрел на меня, как на придурка и медленно произнес:
— Я не к тебе обращался. Ты свою еду еще не отработал.
— Что ж мне теперь голодным ходить? – это проснулась моя природная наглость.
— Фахим, что ты на мальца страх нагоняешь? Дай ты ему поесть. Я Сафиулла, можно просто Сафи, — улыбнулся старик, и я с удивлением отметил, что у него полон рот белоснежных зубов. Странно, в его-то возрасте они все должны были выпасть…
Передо мной поставили тарелку с чем-то непонятным, кашеобразным, но я накинулся и с большим аппетитом все съел. Фахим с Сафи только головами покачали. Негр сказал:
— Его не прокормишь. И что с ним делать?
— Ну, — Сафи поскреб по тарелке. – Отправь на кухню. Мыть посуду.
— Я не буду мыть посуду! – воскликнул я. – Я наложник Азиза.
— Конечно, — оба кивнули.
— Вы слепые? Не видите, как я выгляжу? Как я одет?
— Тряпки тебе могли дать за хорошую работу, — бросил Фахим.
— А внешность… У тебя ужасный цвет волос и кожи, — прибавил Сафи.
Я прикусил губу. Оказаться в таком положении – это просто ужас. Мне никогда не пробиться до Азиза.
— Еще и бесхарактерный, — покачал головой Фахим.
Эти слова немного привели меня в чувство. Перед совершенно чужими людьми раскисаю. Ладно. Если так – то так. Все в жизни бывает. Могло еще хуже все обернуться.
— Я буду работать, а за это мне будут платить?
Старик прищурился, а Фахим кивнул, несколько удивленно.
— Где ваша кухня?
***
Мне действительно указали направление. Поставили перемывать посуду. Правда, здесь были посудомоечные машины, но тончайший хрусталь нужно было натирать вручную. От перчаток руки пахли резиной, вода все равно попадала в них и размягчала кожу. У меня, к моему глубокому удивлению, появилась аллергия на моющее средство. Никогда ни на что не было, а тут вот вам. Пятна пошли по всему телу, и меня отправили к себе в каморку, которую я едва нашел. Все зудело и чесалось. Попозже заглянул Сафи, посмеялся, но через час пришел с каким-то отваром, хорошо снявшим симптомы.
— Ты врач? – спросил я, зевая.
— Можно и так сказать.
— Спасибо, — он поклонился.
— Не за что, маленький принц.
