— Как… — я привстал на кровати. – Как ты меня назвал?
— Спи, глупый.
Старик исчез.
***
Так я провел несколько дней. Моя посуду, а потом отлеживаясь в своей комнате. От Азиза ничего не было слышно, словно меня и не существовало. Жестоко. Я скучал по нему. По чувству уверенности и защищенности, которое он дарил мне. Как жаль, что я не ценил этого. Привычно протирая стаканы, я совсем не ожидал услышать знакомый голос:
— Не думал, что увижу такое. Самый прекрасный наложник и за работой.
— Надж!
Не передать словами, как я был рад видеть управляющего. Я поставил стакан, но несколько неровно, он покачнулся и упал, рассыпался десятками блестящих осколков по полу.
— Сколько ты их уже перебил? – ласково улыбнулся мужчина.
— Штук двадцать, — прикинул в уме я.
— От тебя одни убытки, — хмыкнул он. – Пошли.
Управляющий вывел меня в сад, не такой шикарный, как мой собственный в предыдущем дворце, но все же в цветах и зелени. Без лишних предисловий он начал:
— Ты хочешь помириться с Азизом?
— Да! Это он тебя прислал?
— Нет, — покачал головой управляющий. – Повелитель слишком горд для этого. Если ты хочешь, почему ничего не делаешь? Время идет, он забудет тебя.
Эта перспектива меня совсем не обрадовала.
— Я не знаю, что делать.
Укор в глазах мужчины заставил меня устыдиться.
— При желании все можно сделать. Ладно, я подскажу тебе, но действовать должен ты сам, — я закивал.
В тот момент я был готов на все, что угодно. Но когда Надж рассказал мне суть своего плана, то моя радость значительно померкла.
— Это невозможно, — вздохнул я. – Я не могу за две недели научиться ездить, как профессиональные гонщики.
— Нет ничего невозможного.
Философ, блин.
— И потом, они не профессионалы. Они такие же наложники, как и ты.
— Две недели, Надж, — я откинулся на спинку лавочки, глядя в ярко-голубое небо.
— Это много.
— Я никогда не сидел за рулем машины.
— Пошли, сядешь.
— Я…
— Другого шанса нет, — резко отрезал управляющий. – Или так ты привлечешь его внимание, или никак.
Понимание того, что он прав, усугубляло ситуацию. Через две недели между наложниками устраивалось соревнование. Азиз любил скорость и гонки, а еще больше любил, когда добиваются его внимания. В его гараже были десятки лучших автомобилей со всего света. У него так же была личная трасса с трибунами. Ему доставляло удовольствие смотреть, как его сокровища борются за него. Ведь главный приз – вечер с ним наедине.
— Я не смогу, Надж!
— Сможешь, — неожиданно жестко ответил управляющий и вдруг я ему поверил.
***
Первое мое знакомство с автомобилем прошло не очень гладко. Надж отвез меня в гараж, где стояли красавицы со всего мира. Я не очень разбирался в машинах, но их сверкающее великолепие меня впечатлило. Здесь нас ждал низенький мужчина, одетый в рабочий синий комбинезон. Он кивнул мне, посадил меня за руль первой попавшейся красавицы, стал объяснять, как ездить. Ничего не запомнил. Управляющий стоял рядом и хмурился. Кажется, в его душу закрались сомнения.
Меня вывели на трассу, указали на темно-синюю машину и сказали ехать. Я даже завести двигатель с первого раза не смог. А всего-то нужно было повернуть ключ. Но едва я его касался, как мое сердце отказывалось биться, а руки не слушались.
С десятой попытки двигатель заурчал. Недовольно. Сразу видно, что машинке я не нравлюсь. Выжал сцепление, передача, газ… Почему она заглохла? Мужчина в комбинезоне еще раз объяснил мне теорию. И снова неудача. Тогда за руль сел он, показал. Я обливался потом на этой жаре и ничего не мог запомнить. Мужчина развел руками и покачал головой. Надж тяжело вздохнул:
— Что здесь сложного? Управлять машиной просто. Нужна практика.
Целый день я «практиковался». Самые лестные эпитеты, которые я слышал от Наджа и того мужика: ужасно, бездарно, кошмар.
Когда солнце стало клониться к закату, управляющий решил, что хватит. Меня доставили обратно во дворец. Мышцы ныли, как после пробежки на длинную дистанцию. Я взмок от пота и ужасно хотел пить. Надж отправил меня в ванную, а потом усадил за еду. Накинулся на нее, будто неделю не ел. Управляющий был задумчив, почесывал подбородок. Да, провалится наша затея. Когда я наелся, меня сморило. Откровенные зевки, и Надж ведет меня в мою клетушку. Поправляет постель, указывает на нее рукой.
— Надж, — позвал я, падая на кровать и не в силах пошевелиться. – А как же моя работа?
— Я обо всем договорился. Отдыхай.
И он ушел. Спустя какое-то время до меня дошло, что управляющий обладает гораздо большей властью, чем хочет показать.
Глава 8.
У меня ни черта не получалось. Прошло три дня, а ездил я, будто вчера увидел машину. Нет, прогресс был: я мог медленно-медленно передвигаться по прямой и даже не глохнуть. Но стоило повернуть, или Надж кричал, чтобы я двигался быстрей… Все кончалось невесело. Один раз даже въехал в стену. Ну не мое вождение, не мое. Есть люди, с пеленок мечтающие сесть за руль. Я вот никогда не мечтал. Хватит и водителя, на крайний случай, общественного транспорта.
После полудня управляющий отвел меня в сторону. Сцепил руки на груди, нахмурил брови:
