Дедушка говорил, что очень хорошо, если купец с детства приучается к торговле, и особенно хорошо, если он, как сейчас Мартин, начинает постижение торгового дела со службы в лавке, ведущей розничную торговлю: здесь он научится ценить каждый пфенниг. Со временем Мартин унаследует всю обширную торговлю Фекингузенов, имеющую отделения во многих городах. Но он всегда с благодарностью будет вспоминать то время, когда у него появилась привычка уважать пфенниг, ибо без этого уважения не может быть настоящего купца.
Мартин прятал глаза – боялся, что дедушка прочтёт в них, сколь мало занимают его и лавка, и пфенниги, и вся обширная торговля Фекингузенов, которую он со временем унаследует. Мартин был поглощён одной мыслью: как ему вырваться из лавки и увидеться с Николкой, который, конечно, неспроста появлялся возле их дома.
В конце концов, Мартин рассудил, что ему ничего не остаётся, как отправиться ночью к собору и попытаться найти мешок. Если мешок снова окажется на месте, дедушка убедится в честности младшего приказчика и освободит Мартина от обязанности томиться в лавке.
И вот ночью Мартин в чулках спустился своим способом по лестнице, осторожно отодвинул засов и прошмыгнул мимо нижнего окна – здесь, рядом с лавкой, была комнатка старшего приказчика. Лишь отойдя подальше от дома, Мартин сел и обулся.
Он сто раз чуть не умер от страха, пока шёл к собору, но всё же не отказался от своей затеи.
Мешок он нашёл в шиповнике – там, где они ждали появления Домской Девы и невольно подслушали разговор слуги епископа с соборным сторожем. Утром мешок уже лежал на том месте, откуда Мартин взял его накануне русского Нового года.
Действительно, на другой день дедушка сказал, что Мартину уже нет нужды находиться в лавке, что, пожалуй, будет лучше, если он сможет больше времени уделять Священному Писанию и прочим наукам, дабы как следует подготовиться к поступлению в духовный коллегиум [21].
Мартин чувствовал себя победителем. Он победил самого себя – он преодолел страх, от которого пересыхает в глотке, а руки и ноги делаются бессильными, словно тряпичные. Он заставил себя сделать то, что считал нужным, невзирая ни на какие препятствия. Он был радостен и горд. Даже тревога, поселившаяся в нём с тех пор, как он стал невольным обладателем чужой опасной тайны, за одно только знание которой могут повесить, ослабела, спряталась, и он с лёгким сердцем мечтал о предстоящей встрече с Николкой.
Он не мог знать о разговоре, происшедшем между дедушкой и старшим приказчиком в тот день, когда старший приказчик обнаружил злополучный мешок на том самом месте, где он лежал до того, как исчезнуть. Старший приказчик сказал хозяину, что у него язык не поворачивается сообщить о своих новых подозрениях, но и молчать ему не позволяет долг старого верного слуги, который всем обязан своему благодетелю.
Хозяин изъявил желание выслушать его, и приказчик поведал следующее. Страдая, как известно хозяину, бессонницей, он по ночам от скуки иногда глядит в окно. Так было и в ночь накануне того дня, когда обнаружилась пропажа мешка. Как раз наступило полнолуние, и на улице было довольно светло. Вдруг под окном и прошмыгнул – кто бы вы думали? – Мартин! Невероятно, но это был он. Он возвращался откуда-то в три часа пополуночи! Старший приказчик был так ошарашен, что не поверил своим глазам. Он решил, что ему померещилось – чего не бывает от бессонницы! Поэтому он в тот раз ничего не сказал своему хозяину. Но с тех пор он каждую ночь сидит у окна. И вот нынешней ночью он снова увидел Мартина. Мальчик вышел из дому, а примерно через час вернулся. И представьте себе, наутро пропавший мешок оказался на прежнем месте!
Трясоголов спросил, не могло ли старшему приказчику померещиться и в ту и в эту ночь? Приказчик ответил, что могло и что именно поэтому, чтобы проверить самого себя, он нынче ночью после ухода Мартина пошёл посмотреть засов. Засов был отодвинут. Старшему приказчику не хотелось будить хозяина и устраивать переполох, к тому же засов мог остаться незапертым из-за простой оплошности. Он не тронул засова, а завязал дверь крепкой ниткой – такой, чтобы не могла оборваться случайно. После возвращения Мартина нитка оказалась порванной. Старший приказчик показал хозяину обрывки. Да, сомнений не было, по крайней мере в последнюю ночь приказчику не померещилось. Трясоголов только выразил удивление, что сам он, старый человек, тоже знакомый с бессонницей, ни в одну из этих ночей не слыхал скрипа лестницы, от которого, по его мнению, просыпаются и праведники в раю, когда кто-нибудь идёт по её ступеням. Вот то-то и оно, что не по ступеням! Старший приказчик показал хозяину, как его внук ходит по лестнице. Приказчик был на редкость обстоятельный человек: когда Мартин вернулся, он тихонько вышел в прихожую и не столько подглядел, потому что было очень темно, сколько догадался, не услышав скрипа, каким образом Мартин поднимается по лестнице.
Утром он сам попробовал пройти по ней тем же способом – лестница и не скрипнула!
