У моей любимой творческой женщины, помимо меня, имеется творческий демон в виде костяной заколки в голове. Он сношает её прямо в гипоталамус тонким, словно комарьим, хоботком, отчего Азеб часто спотыкается и страдает пространственным кретинизмом. Когда я пытаюсь отогнать его, он отлетает, но стоит мне выпустить Азеб из объятий, тут же вновь впивается в девичьи грёзы, отчего их хозяйка возводит очи горе и, стуча коленками по всей попутной мебели, идёт к себе в комнату печатать свои поэтические произведения. Однажды я решилась высказаться по этому поводу, тогда барышня открыла рот и отхлестала меня по мордасам полуметровым языком.

Последним писком херувимчиковой озабоченности была самиздатская "Лолита", которую Азеб вытребовала у мужа, купившего её на задворках арбатского Дома книги у потёртого спекулянта в воландовом плаще. Азеб сказала, что это учебник по заячьей магии. Старая Гейз, "зайчиха", попадает «в алхимический рай из смеси асфальта, резины, металла и камня» с нехваткой одного первоэлемента (воды). Обычная антропоморфная зайчиха обретает магические свойства если её убивает «ночной оборотень». Лотту Гейз убивают не "когти выворотня Гумберта", но черный глянцевитый Пакар, названный его изобретателем инженером Шмидтом Серым волком». Из таких убитых оборотнями гейзих в старых Штатах делали амулеты, на Аляске же — магические эскимосские гребни. Младшая Гейз пошла по рукам, подвергаясь более длительной алхимической процедуре. Пройдя через стадии нигредо-черного гумуса Гумберта, альбедо-отбеливания искусником Клэр, и красного рубедо убийцы Скиллера, она умирает в Серой Звезде (на стадии философского камня). Как преображенная зайчиха может нести яйца (Osterhase), так и рождённая в Pisky Гейз, преобразившись, уподобляется яйцекладущим, точно "приподнявшаяся змея" (гл.29), на которой, согласно прерафаэлиту Россетти, женился Адам.

Скрипучий свет.

Сегодня наткнулась на азебова мужа у главного входа в пансионат, где я болтала с тремя местными жительницами-поповнами. На столбе ворочался фонарь, похожий на ворону. Скрипучий свет. Прыснули воробьи — растерянные со времен Евы женские грехи. Поповны меня сильно зауважали, увидев машину с патриархийными номерами. Муж привёз Робсон-Васильчиковой визы и цветы — проплешины рая. Оказывается, что её престарелый отец Робсон уже давно подал заявление на репатриацию в эфиопское посольство. На самом деле он хочет чтобы Азеб, получив эфиопский паспорт, уехала в Европу учиться.

Когда поднимались на мой этаж, ать-два. ботинок-самодержец, встретился щетинистый Пророченко! Очень торопился и только что-то буркнул мимоходом. Он и в доме старых большевиков кого-то знает! Интересно, кого. Хотя предполагаю, здесь множество родственниц старых большевиков, использующих их путёвки. Азебов муж почему-то помрачнел. Мы с Азеб переглянулись и предложили пойти погулять. Я принесла из общепитовской кухни, где одинокая пальма думала о сермяжной правде, коржиков, которых здесь дали на полдник, и мы пошли по воду на родник где-то за полкило метра.

Двурогий месяц рыболовный.

В шампанском труду, где ещё недавно буря совокуплялась с рыбами, бутылки, полувмерзшие в лед — недоконченное счастье. Преломляют свет, рыбы плавают в райских пузырьках. "Поцарапал мне весь груд", — думала утка о пансионатском конькобежце, вкушавшем сладку ягоду в кустиках у проруби.

На обратном пути Азеб с мужем шли чуть впереди. — Жених, вдруг сказал он: — голова в земляном венце, древесные руки растут, а обручальное кольцо ворон овил. — Невеста, — ответила Азеб: — голова — фига в земле, вместо рук-ног — шипы-культяпки, зато половой орган — роза.

Побежали сумерки волчьей кровью в лесной скамеечке. Не укусит за бочок.

Вдали виднелся пегасовоз впереди товарняка-слоновника. Затем промчался скорый, как перелистываемая книга. Жук-плейбой вырыл себе нору на железнодорожной насыпи. Говорит случподружке из близлесочека: — Не обращай внима-а-а-а-ания, дорогая, на мой крупный рогатый скот. Она: — Ах, мой дорого-о- о-о-ой.

На обратном пути мы сорвали сухие ковылины и сыграли на американку в курочку-иль-петушка, и я попрыгала на одной ножке вокруг Азеб и её мужа со словами — «проиграла — проиграла»! Прыжки заказал азебов муж.

Вавилонская блудница.

Сегодня испытала такое потрясение, которое, наверно, будет травмировать меня всю жизнь. Дрожу и плачу.

Перейти на страницу:

Похожие книги