По мере того как буржуазное, промышленное и светское общество со всеобщими юридическими правами приходило в Европе на смену иерархическому обществу средних веков, эмансипация евреев становилась неизбежной: было немыслимо, чтобы целая группа людей, играющая первостепенную роль в области товарообмена и производства, оставалась в зависимости от особого режима и специальных законов. Накануне Французской революции эта эмансипация подготавливалась во всех странах Западной Европы в процессе взаимообмена гуманистических идей эпохи, которые распространятся вплоть до царской империи, где Александр I предпримет попытки улучшить положение рассеянного народа, предполагая даже взять на себя роль его всеобщего покровителя. Но именно революционной Франции принадлежит честь предложить миру картину полной эмансипации, соответствующей Декларации прав человека, и этому примеру последовало большинство других стран в то время, коша они оказывались под властью наполеоновской Франции. Это дало основания французской революционной идеологии приписать себе все заслуги в деле еврейской эмансипации [ПОЛЯКОВ Л. С. 25].
С конца 1830-х и по начало 1880-х годов – эпоха, на которую приходится жизнь и деятельность Тургенева, на общественно-политической и культурной сцене западноевропейских государств появилось большое число представителей эмансипированного еврейства. Само по себе это обстоятельство являлось феноменом, свидетельствующим о разрушении вековечного феодального социума, в котором евреи как «парии»[207] находились в условиях культурно-правовой изоляции и формально не участвовали в политической жизни христианского общества. Еврейская эмансипация шла под знаменем Великой французской революции, которая в числе прочих своих либерально-демократических актов в 1791 г. утвердила юридическое равенство евреев перед Законом. Это обстоятельство способствовало тяготению основной массы аккультурированых[208] евреев к так называемому «левому» лагерю, что вкупе с их общественно-политической активностью не могло не вызывать страха и опасений у представителей другой части политического спектра. «Правые» – националистически настроенные традиционалисты, клерикалы, монархисты и иже с ними, выказывали неприкрытую враждебность к евреям-чужеродцам, идеологически мотивированную стереотипами вековечного христианского антисемитизма. Одним из апологетов расового антисемитизма, в этих кругах являлся крупнейший ученый-востоковед ХIХ века Пауль Антон де Лагард, который утверждал, что Германия должна создать «национальную» форму христианства, очищенную от семитских элементов, и настаивал на том, что евреи являются «вредителями и паразитами», которых следует уничтожать «как можно скорее и основательно»[209].
…процесс освобождения и <быстрое внедрение> евреев <во все социальные институции> вызывает глубокое смущение во многих душах и пробуждает чувство новой неясной угрозы, напоминающей о средневековых легендах, сотканных вокруг «народа-богоубийцы»: приспособленные к вкусам эпохи, т. е. утратив религиозный аспект и политизировавшись, в своем окончательном виде они получат название «Протоколы сионских мудрецов»[210] [ПОЛЯКОВ Л. С. 26].
Со своей стороны либералы и – на «левом» фланге, социалисты, анархо-синдикалисты и революционные демократы, декларировавшие просвещенческие принципы «свободы равенства и братства», ратовали за построение гражданского общества, в котором независимо от религиозной принадлежности все равны перед законом и имеют одинаковые гражданские права. Однако в их рядах повсеместно звучало недовольство «евреями-эксплуататорами», высказывалась жесткая критика еврейской предпринимательской активности, особенно в кредитно-банковской сфере. Сам «еврейский вопрос» левые, как правило, предпочитали не выдвигать на повестку дня, но, если уж вступали в дискуссию, то выказывали толерантные взгляды, поддерживая в целом устремления евреев к гражданскому равноправию. Однако, как уже отмечалось выше, и в этом лагере имели место ярко проявлявшиеся антисемитские тенденции. Их выразителями выступали видные мыслители-демократы: социалисты Фурье и Дюрринг, анархисты Прудон, Марр и Бакунин, либерал Трейчке и др. Основные антиеврейские тезисы у них строились на презумпции антагонистической моральной и культурной ориентации евреев – представителей чужеродной для европейцев («арийские народы») семитской расы. При этом евреи объявлялись носителями всех грехов капиталистического общества, им приписывались такие пороки, как исключительное своекорыстие, торгашество, жажда наживы, обожествление денег и т. п. (см. Гл. I).
