Я опять посмотрела на блондина, вспоминая то, что уловила тогда от Лорен. Теперь ее чувства обрели смысл. Она была в восторге от того, что Темный может находиться где-то рядом, как бы тревожно это ни было. И у нее были причины опасаться, что я что-то скажу. Этот же человек не показывал эмоций на лице, но если он был не согласен с тем, как поступили с семьей Тулисов, неудивительно, что сейчас он в гневе.
Может, я все это выдумываю. Может, с моим даром что-то произошло. Возможно ли такое, что я способна чувствовать эмоции помимо боли? Я не знала, и мне нужно в этом разобраться, но сейчас на всякий случай нужно кое-что сказать.
Я повернула голову к Виктеру.
– Видишь его? – прошептала я и описала блондина.
– Да. – Виктер шагнул ближе.
– Есть и другие, подобные ему. – Я рассматривала публику.
– Я их вижу, – сказал Виктер. – Хоук, будь настороже. Здесь…
– Возможная опасность? – оборвал его Хоук. – Я слежу за этим блондином уже двадцать минут. Он медленно подбирается вперед. Еще трое тоже потихоньку подходят ближе.
Я вскинула брови. Он очень наблюдателен.
– Мы в безопасности? – спросила Тони, не сводя глаз с толпы.
– Всегда, – прошептал Хоук.
Она на мгновение встретилась со мной взглядом, и я кивнула, надеясь, что успокоила ее. Моя рука скользнула к бедру. Кинжал в ножнах покоился под длинной белой туникой. Прикосновение к костяной рукоятке помогло прогнать панику.
Герцог продолжал гипнотизировать толпу рассказами о кровище и ужасе, а я сосредоточилась на блондине. Его широкие плечи окутывал черный плащ, под которым можно спрятать невесть сколько оружия.
Я это знала по своему опыту.
– Но мы говорили с богами от вашего имени, – зазвенел голос герцогини. – Мы поведали им, что народ Солиса, особенно жители Масадонии, достойны. Они от вас не откажутся. Мы об этом позаботились.
Раздались восторженные крики. Настроение толпы резко изменилось, но блондин по-прежнему никак не реагировал.
– И мы почтим их веру в народ Солиса. Мы не будем укрывать тех, кто подозревается в поддержке Темного; тех, кто ставит своей целью только разрушение и смерть, – говорила она. – Вы будете щедро вознаграждены в этой жизни и после нее. Это мы можем вам обещать.
Опять восторженные крики. Кто-то завопил:
– Мы почтим их во время Ритуала!
– Почтим! – воскликнула герцогиня, отодвигаясь от перил. – Есть ли лучший способ выразить богам нашу благодарность, чем отпраздновать Ритуал?
Герцог с герцогиней отошли от балкона бок о бок, почти касаясь друг друга, но все же не касаясь. Они подняли по одной руке и начали махать…
– Ложь! – выкрикнул кто-то из толпы. Это был тот блондин. – Лжецы!
Время словно остановилось. Все замерли.
– Вы никак не защищаете нас, пока прячетесь в своих замках, за спинами ваших гвардейцев! Вы не делаете ничего, кроме как отнимаете детей во имя фальшивых богов! – орал он. – Где третьи и четвертые сыновья и дочери? Где они на самом деле?
Затем послышался звук: резкий вдох, который доносился отовсюду. Ахнула и я, и все остальные.
Плащ блондина разошелся, и он выдернул из-под него руку. Снизу раздался предупреждающий крик. Гвардеец на лошади повернулся, но недостаточно быстро. Блондин замахнулся и…
– Схватить его! – закричал капитан Янсен.
Блондин что-то швырнул. Не кинжал и не камень. Предмет странной формы летел прямо к герцогу Масадонии. Герцог увернулся с невероятной скоростью, превратившись в размытое пятно. Виктер оттеснил меня плечом. Хоук обвил рукой мою талию и притянул к себе. Предмет пролетел мимо нас, шмякнулся в стену и упал на пол. Я опустила на него взгляд.
Это… это кисть руки.
Виктер опустился на колени и поднял ее, поджав губы.
– Что это, во имя богов? – пробормотал он.
Но это была не просто рука. Это когтистая сероватая кисть Жаждущего.
Я посмотрела на блондина. Королевский гвардеец швырнул его на колени и заломил ему руки. Его рот был в крови.
– Из крови и пепла, – выкрикнул он. Гвардеец схватил его сзади за волосы. – Мы восстанем! Из крови и пепла мы восстанем!
Он выкрикивал это снова и снова, даже когда гвардеец тащил его через толпу.
Герцог повернулся к людям и рассмеялся, холодно и сухо.
– Вот так боги разоблачили по крайней мере одного из вас, разве нет?
Хоук быстро увел меня с Тони обратно в замок, а Виктер пошел поговорить с капитаном.
– Где этот человек мог достать кисть Жаждущего? – спросила Тони и крепко сжала губы.
Мы шли через Большой зал и под знаменами.
– Он мог выйти за Вал прошлой ночью и отрезать руку у одного из убитых, – ответил Хоук.
Тони приложила ладонь к груди.
– У меня просто слов нет.
У меня тоже. Но эта конечность могла принадлежать и про́клятому, который обратился в Жаждущего внутри Вала. Я не стала говорить этого, поскольку мы проходили мимо слуг.
– Не могу поверить в то, что он сказал насчет детей – третьих и четвертых сыновей и дочерей.
– И я, – отозвалась Тони.
