Удостоверившись, что с ней всё хорошо, он отослал слуг и попросил её предпринять новую попытку.
— О нет, мистер Расмуссен, у меня не получится...
— Как ты скажешь себе, так и будет. Сила переполняет тебя, готовая вырваться наружу в любой момент. Заставь её подчиняться, посади на цепь, как взбесившуюся собаку, и вели исполнять команду!
Ничего не отвечая, Анна покорно кивнула и отошла в сторону, заняв исходную позицию.
— Глубоко вздохни перед началом атаки. — Джон застыл напротив ученицы в оборонительной стойке. — Верь в свою способность контролировать магию, и она подчинится твоей воле.
Анна учла все советы учителя. На этот раз она постаралась сосредоточиться ещё лучше, отбросила последние сомнения и твёрдым голосом произнесла:
— Anulus Ignis!
Из её жезла вырвался поток огня, и тотчас Джон оказался окружён непроницаемой раскалённой стеной. Он попробовал разрушить барьер изнутри, но всё было тщетно. Его усилия походили на попытки бабочки выбраться из стеклянной банки.
Спустя некоторое время сдерживающие чары начали ослабевать и развеялись сами собой.
— Впечатляет. — Джон выбрался из западни и с секундомером в руке подошёл к ученице, которая едва стояла на ногах, испытывая пронизывающую боль во всём теле. Голова Анны раскалывалась, но она не подавала вида, лишь устало улыбаясь. — Согласно книгам, это заклинание активно около сорока пяти секунд, но ты продержалась почти вдвое больше, — сказал учитель. — Твой потенциал действительно огромен, и лучшее, что ты можешь сделать, это раскрыть его в полной мере.
Чем больше Анна практиковалась под чутким руководством Джона, тем увереннее себя ощущала и тем твёрже становилась её рука.
Раздался стук, и из-за прикрытой двери донёсся голос:
— Войдите.
— Добрый день, Даймос.
В кабинет ректора вошёл статный мужчина лет сорока пяти в тёмно-синем атласном костюме. Его проницательный взгляд молниеносно охватил всё пространство помещения и остановился на полноватом господине в чёрной мантии, расшитой серебряными звёздами, который возвышался над большим полированным столом, корпя над каким-то документом. По правую сторону от него расположился необычный зверь с головой орла, туловищем льва и двумя могучими крыльями, сложенными за спиной.
— Надеюсь, я вам не помешал? — спросил вошедший, украдкой поглядывая на грозного питомца ректора. Зверь сидел с отчуждённым видом и вылизывал лапу, издавая довольно громкие чмокающие звуки.
— Напротив, вы как раз вовремя, Джон. Я собирался пить чай с шоколадными профитролями и буду рад компании. Присоединяйтесь, — ректор Гриффин гостеприимно улыбнулся и указал на единственный свободный стул, остальные были заняты стопками пергаментов и ветхими манускриптами.
— Нет-нет, я воздержусь, — Джон не двинулся с места и только слегка качнул головой. — Вы ведь помните, что у меня непереносимость шоколада, и что я, как и моя ученица, предпочитаю больше десерты из ягод, например, ежевичную пастилу.
— Припоминаю. К слову, о вашей воспитаннице. Каковы её успехи за лето? — устроившись поудобнее в мягком кресле, Даймос отложил в сторону свиток, с которым работал, и потянулся к тарелке с профитролями.
— Всё как нельзя лучше!
— Вот как?
— Да. Случайные проявления магии перестали беспокоить Анну, что позволило ей сосредоточиться на чтении книг и практике. Совсем недавно она освоила несколько особых заклинаний, описанных в «De flamma in cinerem» и «Драконьей магии», которые, как можно предположить, использовались её предками уже в зрелом возрасте.
— У вашей подопечной большой потенциал, — подытожил ректор, пережёвывая кусочек пирожного. — За долгие годы пребывания в пассивном состоянии драконья магия полностью переродилась и сейчас переживает новый расцвет.
Джон согласно кивнул.
— Но это ещё не всё, — поспешил добавить он. — Лазурит подрос и окреп за лето. Он достиг подходящих размеров для того, чтобы нести на себе человека.
— Вы ведь предполагали, что дракон окажется непригодным для полётов, так как он рос очень медленно и имел недостаточный размах крыльев?
— Мои опасения, к счастью, не оправдались, и взаимодействие Анны с её фамильяром происходит должным образом.
— Это хорошо. Но, боюсь, дракона больше нельзя допускать на территорию школы в связи с действующим запретом.
— Понимаю ваши опасения, но стоит учесть, что с момента вступления запрета в силу прошло почти четырнадцать веков. Мир изменился. К тому же Анна отнюдь не легкомысленна, и вам это известно не хуже, чем мне.
Присутствие фамильяра рядом с ней в процессе обучения может оказаться не просто важным, но и необходимым условием.