Из стали и соломы полностью

Рене боком развалился в глубоком кресле, закинув ноги на подлокотник. Затравленное выражение его лица противоречило расслабленной позе, и Шарлотта взмолилась в надежде, что мальчик был у главных ворот. Она шагнула к Рене, но остановилась, заметив, что Поль разговаривает с каким-то человеком. Мужчина стоял к Шарлотте спиной, но она где угодно узнала бы эти темные кудрявые волосы и широкие плечи.

– Мика?

Ее кузен обернулся, и кривая улыбка озарила его лицо, но затем ее сменило обеспокоенное выражение. Мика пересек комнату и заключил Шарлотту в объятия. Что-то в глубине ее души воспротивилось, но его знакомая бесцеремонность ошеломила ее, и Шарлотта зарылась носом в шелк его нелепого белого жакета.

– Боги, Шарлотта, – прошептал он ей в волосы. – Почему?

Слезы обожгли ее глаза, пока она пыталась понять, о чем именно спрашивал ее кузен. Почему она оказалась здесь? Почему открыла свой проклятый рот и погубила брата? Мика отступил на шаг и поднял руку, чтобы большим пальцем утереть слезы со щек Шарлотты. Она даже не заметила, когда начала плакать. Его глаза горели голубым пламенем, а тихий голос дрожал.

– Почему ты не рассказала мне?

Желудок Шарлотты ухнул вниз. Она думала о том, чтобы написать кузену о смерти Уильяма. Она должна была написать. Затем что-то изменилось во взгляде Мики, и она вспомнила. Эти глаза всегда полнились заботой, но ему никогда не удавалось скрывать осуждение. Пускай ее кузен никогда не скажет «я же тебе говорил», Шарлотта все равно услышала эти слова.

Она отстранилась, утирая слезы со щек.

– Ты хорошо выглядишь, – сказала она, чтобы сменить тему.

Прежде чем Мика успел задать еще один вопрос, Шарлотта отступила вглубь секретной гостиной Петраса и жестом указала на остальных.

– Ты знаком с Уортом.

– Давно не виделись, – сказал Страж. – В нашу последнюю встречу Шарлотта загнала тебя на дерево с помощью пригоршни червей.

Уорт вышел из тени дверного проема и протянул руку. Мика ответил на рукопожатие: его глаза были широко распахнуты, а на щеках выступил румянец.

– Пастор.

Мика провел рукой по волосам и выругался.

– Это слово весьма емко описывает ситуацию, – протянул Поль.

– Не расскажешь, как ты нашел это место? – спросила Сен-Клер, с подозрением рассматривая Мику.

– В этом городе происходит не так много вещей, о которых я бы не знал, – ответил тот. Когда его глаза вновь нашли Шарлотту, в них таилось множество вопросов. – Я слышал, что ты должна прибыть в столицу в ближайшие несколько дней, предположительно с сердцем Пастора, поэтому держал ухо востро.

– Я привезла сердце Пастора, – ответила Шарлотта. – Просто так вышло, что оно бьется.

Мика подмигнул ей и большим пальцем ткнул в Поля.

– Этот гигант попытался пробраться в город через Мусорные ворота. Проследить за ним оказалось несложно.

Борода Поля дернулась, когда его губы скривились в суровой гримасе. Рене, сидевший в кресле, пихнул своего Стража носком ботинка.

– Я же говорил, что нужно было дождаться темноты и вскарабкаться на стену.

– Гвардейцы кардинала ничего не знают, – добавил Мика, обращаясь к Сен-Клер. – Они ждали прибытия Шарлотты, но так как в гвардии служит кучка мазохистов с пухом вместо мозгов…

– Ты повидался с кузиной, – перебила его Сен-Клер. – Теперь уходи.

Мика покачал головой.

– Шарлотта – не единственная причина, по которой я пришел сюда, – сказал он. – Меня послал Артюс.

Взгляд Уорта заострился.

Мика жестом призвал всех к спокойствию и окинул взглядом обоих Стражей.

– Никому не известно о вашем пробуждении, – сказал он. – Ни об одном из вас. Но Артюс, возможно, воспрянет духом, если узнает. Ему нужна помощь.

– Мне плевать на то, что ему нужно, – рявкнула Сен-Клер.

Мика проигнорировал ее вспышку гнева и обратился к Шарлотте и Уорту.

– Я так понимаю, вы следуете последнему приказу Петраса, – сказал он. – Вы защищаете принца?

Все пятеро хранили молчание, но Шарлотта ощущала, как напряжение их недавнего спора в полуразрушенной церкви повисло в комнате плотным облаком. Пока их перемирие было хрупким. Но и Мику нельзя назвать глупцом. Он обвел их взглядом и улыбнулся.

– Нравится вам это или нет, но я в последние годы находился куда ближе к короне, чем любой из вас. – Мика поднял руку и пальцем указал сперва на Рене, а потом и на Шарлотту. – Добавьте к этому тот факт, что вы оба совершили то же преступление, за которое убили Петраса…

– Что ты имеешь в виду? – спросила Шарлотта.

Губы Рене растянулись в печальной понимающей улыбке.

– Мы пробудили Стражей, – объяснил он.

– Точно, – подтвердил Мика. – Петраса поймали, когда он бежал из столицы по Северной дороге, а Лучник ехал рядом с ним. Они оба гнали лошадей так, будто двенадцать кругов преисподней разверзлись за их спинами, но обогнать гвардию им не удалось.

– И они решили принять сражение, – сказал Уорт.