Так сложилось, что одна жрица поплатилась за своё бездействие, но вторая — за попытку всё исправить и остановить братоубийство. Очередная ужасная ирония, свойственная этому жестокому миру.
Самого Безумца за время короткого осмотра главных «достопримечательностей» города больше впечатлила лириумная статуя той самой обезумевшей Мередит во внутреннем дворе ныне опустевших Казематов. И зрелище это, надо сказать, шокирующее даже для тедасцев, которые повидали и архидемонов с порождениями тьмы, и демонов с уродливыми одержимыми. Красный лириум, вроде бы обычный неживой минерал, вырастает из крови живого организма, поражая и кристаллизуя сначала внутренние органы, а потом и всё тело до такой степени, что человек буквально становится статуей. Даже поныне неизвестно: жертва или умирает в момент окончательного обращения в кристалл, или остаётся живой, обречённой на вечные муки. Стоит только представить все эти процессы, так даже стойкие почувствуют спазм в груди и рвотные порывы. Безумец тоже долго не задерживался около «экспоната». Помимо описанных выше образов, что всплывают в голове любого, увидевшего статую, так ещё близость к красному лириуму вновь усиливало странное страшное, но, одновременно, чарующее звучание в голове мужчины. Так что сновидец побыстрее ушёл, не желая думать, что, может, в такую же статую когда-то превратились другие жрецы, однажды превратится Сетий или, что самое ужасное, он сам.
Как итог больше всего Безумец побродил по порту города как среднее звено между Нижним и Верхним городами, изучил следы нахождения здесь кунари, устроенный переворот которых не увенчался успехом благодаря Хоуку, посмотрел статую, поставленную в честь него. Статуя оказалась не неприкосновенна, и на постаменте было много выцарапанных чем-то острым надписей, адресованные Защитнику. Вчитываясь в корявые подписи, мужчина убеждался, что жители этого города, как минимум современники, помнят подвиги своих героев. Хороших слов в адрес Защитника было написано в разы больше, чем ругательных или нецензурных. Так же встречались слова благодарности на эльфийском, но ещё чаще — выжженных магическим огнём, оставленные точно другими магами. А ещё Безумец вскоре заметил то, благодаря чему, кажется, статуя оказалась в остальном нетронута. Надпись «Я тут» особенно выделялась на постаменте, поскольку никто не посмел её перечеркнуть и написать что-то рядом. Безумец сделал вывод, что это написал сам Хоук, как бы давая понять, что он следил за этой статуей, читал послания и заодно поощрял обычных людей (и не только людей) и дальше оставлять любые, даже негативные, главное искренние свои мысли. Чтобы хоть где-то народ мог безнаказанно высказаться. Заодно эти его слова точно были предупреждением. Если какой-то вредитель посмеет испортить постамент или на него и надписи помочиться, то Защитник лично придёт и оторвёт вандалу то, чем он тут навандалил. Зная его характер, можно в этом не сомневаться.
Безумец, вспоминая бурчания Хоука о том, что никто его не волнует, кроме судьбы себя самого, теперь окончательно мог убедиться, что вспыльчивый маг врал, чтобы, видимо, не портить свой образ безмозглого громилы. Гаррет бессчётное количество раз рисковал ради друзей, родных, хороших знакомых и посторонних, которым, считал, нужно помочь. Бросил безумный вызов Аришоку, спасая город. Зная, что сам попадёт в немилость Церкви, пустил все силы, чтобы спасти невинных магов от безумия Мередит, даже храмовников, которые, вроде Каллена, были искренними в своей службе Создателю. И когда та самая битва в Казематах произошла, Защитник оставался в городе, помогал страже сражаться за порядок в городе, а потом этот порядок восстанавливать до самого последнего момента, когда присланные Искатели чуть ли буквально не оказались на пороге его дома. Только тогда, когда угроза усмирения повисла над ним как никогда близко, Гаррет был вынужден покинуть город.
Так эгоистичные люди себя не ведут, Безумцу это было прекрасно известно. И статую он получил заслуженно, как и Герой Ферелдена. Хотя характер у него, и правда, тяжёлый.
