Ниспадающий ровный поток воды, лившийся перед ними, был весьма необычным зрелищем, кто-то назовёт его даже магическим. Лелиана решила приобщиться к этой «магии», сняла перчатку и коснулась искусственного водопада рукой. Действительно, получилась магия: натыкаясь на преграду, вода расступалась перед её рукой, как будто на самом деле подчинялась, а стихия была подконтрольна.
Такие попытки подражать магам для Безумца были смехотворны, поскольку ему была дарована способность владеть настоящей магией и менять реальность, а не довольствоваться какой-то иллюзией, но мужчина, однако, промолчал, признавая, что для сопорати такая попытка уподобиться вполне простительна, даже похвальна. Да, женщина не управляет реальностью, но она видит в обыденном что-то большее, красоту стихии, которая одновременно и податлива, и разрушительна, способная уносить в пучины моря целые города. Не каждый маг может похвастаться той же созидательностью и тащит что-либо из Тени в обыденность из сугубо практических соображений.
Как итог сновидец постепенно заинтересовался действиями женщины, проникся задором её настроения, тоже ему поддался и решил в шутку подтолкнуть Соловья в спину тростью по направлению к потоку воды, будто бы намеревался, чтобы она прошла через него и намокла. Но толчком это нельзя назвать, поскольку бард даже на шаг не сдвинулась с места, зато была отвлечена и тут же глянула на мужчину, требуя объяснений, но увидела лишь беззаботность на его лице. Он знал, что сил толкнуть ему не хватит, поэтому изначально и не старался всерьёз, однако намёк и помыслы на такую подлость в его действиях заставили Лелиану мстительно прищуриться. А через секунду уже она хватает его за плечо и толкает в сторону воды. И вот этот толчок был сильным, моментально выбивший слабого человека из равновесия.
При падении с наигранным восклицанием мужчина успел схватить её за руку. Соловей поддалась моменту озорства и позволила себя утянуть следом, хотя, в отличие от него, на ногах она бы могла вполне устоять.
И вот они уже лежали на полу по ту сторону водяной стены, падение через которую намочило им одежду и волосы. Но последнее их ничуть не волновало, и два взрослых человека, позволивших себе детскую шалость, просто смеялись, ничуть не смущаясь произошедшей нелепости. А когда смех как реакция на нестандартность произошедшего их отпустил, они глянули друг на друга по-новому, как заядлые заговорщики. В общем-то так и было, ведь этот маленький секрет, момент совсем не серьёзного поведения, навсегда останется между ними.
Первой встала на ноги Лелиана, а затем помогла подняться более недееспособному в этом плане магу, заодно с искренней обеспокоенностью поспешила удостовериться, что падение прошло для него также без последствий. А позже они спокойно продолжили свой неспешный путь.
Постепенно мощённая белая плитка вывела двух собеседников на очередную смотровую площадку, и их прогулка по ночному внутреннему двору на этом закончилась. Сбросив на парапет сырые камзол и черный плащ, они решили остаться здесь.
Под свет луны, освещающий округу, Безумец вглядывался вдаль и дивился природной красоте окружения. Зимний Дворец находился за городом, на холме простирающейся по подножию долины, на которую вид и открывался. Мужчина теперь мог понять, почему эльфы Дол когда-то выбрали эту местность для своей столицы и почему Шато Лион хоть несколько раз приходил в упадок или сгорал из-за восстания эльфов, но всё равно упорно восстанавливался или перестраивался на этом самом холме. Данная долина достойна находиться на полотнах самых именитых пейзажистов.
— Не могу искренне не поблагодарить вас, магистр Фауст, за помощь и проявленную инициативу, ещё большую, чем от вас требовалось.
Лелиана стояла рядом и наблюдала ту же картину природного великолепия. Но если данный пейзаж будил в мужчине полёт мыслей, способный его утянуть даже в исторические дебри, то Канцлер только всё больше возвращалась в реальность происходящего, от которого они отвлеклись. И эти слова предзнаменовали окончание их недолгой встречи, ставшей глотком свежего воздуха.
— Значит, могу ли я рассчитывать, что вы проявите ту же инициативу для исполнения своей части нашего уговора?
Лелиана улыбнулась от напоминания, чего ей будет стоить помощь магистра. Конечно, просьба побыть его проводником по столице Орлея не могла не смешить своим абсурдом, но, наверное, ещё больше её забавило, что маг ничуть не шутил и настроен действительно получить такую «плату».
— Если вы это сделали, чтобы впечатлить меня и добиться той же самоотдачи, то вы старались зря. Я не и собиралась искать способ обойти нашу договорённость.
— Однако это была хоть какая-то для меня гарантия, учитывая, что я заключил договор с Тайным Канцлером, — поддел Безумец. Не то, что бы он всерьёз желал обвинить именно эту женщину в бесчестии, однако очевидно, что орлесианский бард — это даже близко не идеализированный доблестный шевалье.
