Рыба, пребывавший в легкой прострации от всего увиденного, чего только не передумал: например, что у него никогда не было вещей от «D&G». Был, правда, ремень из якобы натуральной крокодиловой кожи, впоследствии проявившей себя как банальный кожзам. А «Дольче и Габбана» на поверку оказались малоизвестной китайской фирмой «Кольче и Жаббана», а Рыба-Молот этого не просек, купившись на дешевизну. Послав запоздалые проклятья «Кольче и Жаббане», Рыба переключился на мысли о несбалансированности панибратцева питания. Мало того что хозяин принимает пищу совершенно нерегулярно и с большими временными промежутками (что само по себе ведет ко всяким неприятностям типа язвы и гастрита), так он еще и совершенно не заботится об эстетической и медицинской стороне дела. Жрать кого бы то ни было вот так – с одеждой и туфлями – не есть хорошо. Это сродни тому, как жрать немытые овощи и фрукты, рискуя подцепить дизентерию или, того хуже, – холеру и сальмонеллез. Надо бы провести с Панибратцем разъяснительную работу и мягко попенять ему на легкомысленное отношение к собственному здоровью и жизни. Заложив закладку на странице, посвященной профилактике инфекционных заболеваний, Рыба переместился на другую страницу – с сообщениями от сети PGN. Сеть все знала заранее, иначе бы не прислала эсэмэс о том, что
По прошествии часа Панибратец открыл оба глаза и бросил на Рыбу-Молота третий по счету взгляд. Под воздействием этого взгляда судок с кашей-микс вырвался из рук Рыбы и полетел в сторону драконьей пасти со скоростью гораздо большей, чем летела Марь-Сергевна. Рыба даже не успел прикинуть, сожрет ли Панибратец сам судок или ограничится только его содержимым, как и он, со свистом втянувшись, безвозвратно исчез в пасти.
Зачем после приема внутрь довольно упитанной Марь-Сергевны Панибратцу понадобилась еще и каша, так и осталось невыясненным. Рыба предположил, что каша является важным составляющим в процессе обратной метаморфозы – из абсолютного дракона в дракона-олигарха. Возможно, он был прав, так как Панибратец, спустя незначительное время, снова предстал в привычном виде моложавого и довольно привлекательного мужчины сорока пяти – сорока восьми лет. С обветренным лицом, выдающим яхтсмена, пилота легкомоторного самолета, альпиниста, археолога, и вообще – вечного искателя копей царя Соломона. Благородной седины в волосах Панибратца поубавилось – так же как и морщин. А свежести и блеска в глазах, наоборот, поприбавилось. Даже смокинг оказался в порядке – не морщил и сидел как влитой.
Дракон-олигарх откинулся на спинку стула, достал из кармана зубочистку и принялся ковырять ею в зубах.
– Лихо у вас все получилось, – попытался завязать разговор Рыба. – Я заценил. А урановые стержни смогли бы съесть? А установку «Град»?
– Как есть идиот, – лениво процедил Панибратец.
– Пепелить будете? Как нежелательного свидетеля?
– Не мешало бы. Ты ведь язык за зубами не удержишь. По всему нашему гадюшнику разнесешь…
– Все может быть. – Честность Рыбы бежала впереди паровоза без всякой надежды соскочить с рельсов. – Как говорится, что знают двое – то знает свинья. Полностью поручиться за себя не могу. Вдруг во сне проговорюсь? Или по пьяни.
– Злоупотребляешь?
– Нет. Как говорится, от тюрьмы и от сумы не зарекайся. А в моем случае еще и от языка, что как ботало болтается…
– А другие на колени падали. Божились, что никогда и никому не расскажут. Матерями клялись, детьми…
– И помогало?
– Нет.
– Пепелили?
– Как два пальца об асфальт. Значит, падать на колени и божиться не собираешься?
– А толку-то? Вы же сами сказали, что на вас это не действует.
– Вижу, ты бесстрашный человек, хоть и идиот.
– Этот текст уже произносился, – напомнил Панибратцу Рыба. – Только в тот раз вместо «бесстрашного» был «честный».
– М-да… И повар ты хороший…
– И в интригах не участвую. Об этом вы тоже упоминали.
– И что прикажешь с тобой делать?
– Не знаю. Как говорится – ХэЗэ. А вообще я другое хотел сказать… Про актрису Ирину Розанову…
– А что – про Ирину Розанову? – сразу насторожился дракон-олигарх. – Ты ее знаешь?
– Ну… Нельзя сказать, что вот прямо знаю… Видел несколько раз в кино. Красивая, нежная… И такая… м-м… положительная. Сразу понятно: подлости не совершит, предательства не допустит, за сирых и убогих заступится и перед сильными шапку ломать не будет. Любовь такой женщины ни за какие деньги не купишь…
– Как ты прав, идиот, как ты прав…
