Крадучись они прошли дальше, ступая и дыша очень тихо. Вес скимитаров успокаивал, пусть и напоминал о его ограниченном зрении. Во дворе он увидел человека в тюрбане с кистями. Уперев руки в бока, он наблюдал за ещё сорока людьми, натачивавшими оружие и готовившими провизию.
– Халдун? – позвал Альтаир.
Мужчина удивлённо повернулся. Это и правда был он.
– Я должен был догадаться, – ухмыльнулся генерал.
Сарасинец-полукровка выглядел, на взгляд Кифы, слишком уж довольным, и она подалась вперёд.
–
Брови Альтаира приподнялись:
– Та самая девушка, на которой Беньямин разрешил тебе жениться?
Миск не нашёлся с ответом.
Его ведь не связывал никакой договор. Он легко мог рассказать той девушке всё… должен был довериться ей, раз уж решил провести с ней остаток жизни.
Альтаир рассмеялся.
– О, я должен услышать всю историю и увидеть эту девушку.
Кифа что-то тихо пробормотала.
– Какими судьбами в Крепости Султана? – спросил генерал.
Миск был одним из лучших его пауков – амбициозным и честным. Именно благодаря ему и его смекалке они открыли торговлю упругой древесиной с деревнями западного Деменхура. Хотя не в этом была причина, почему туда направили Миска. Ему было поручено раскрыть личность Зафиры, и он потерпел неудачу.
Зато через несколько месяцев он обрёл кое-что другое. Альтаир помнил, какой был у Миска взгляд – такой же, как у Беньямина, когда тот говорил об Айе. Альтаир до сих пор со стыдом вспоминал свою зависть.
– Твоё послание о побеге пришло слишком поздно. Западных селений больше нет, – сказал Миск, и Альтаир хотел бы не чувствовать остроту его резких слов. – Мой дом. Моя жизнь. Жизни всех, кого я знал… – он посмотрел на дворец. – Месть не показалась мне такой уж ужасной идеей.
Это были люди, о которых говорил Хайтам, – те, кого Альтаир как раз и собирался отыскать. Повстанцы. Все они были деменхурцами, оказавшимися далеко от своего заснеженного жилища.
Генерал посмотрел на Миска:
– Что ж, marhaba. Вы можете погибнуть вместе с нами, но, по крайней мере, мы погибнем в битве.
Миск склонил голову, соглашаясь. Альтаир и не смел надеяться, что собрать повстанцев будет
– А как же твоя жена? – резко спросила Кифа. Миск выглядел уязвлённым. – Твой долг перед ней важнее твоего долга перед королевством.
Альтаир прикусил язык. Она была права, но он не собирался вмешиваться в личные дела других, особенно когда дела эти касались таких вспыльчивых жён, как у Миска.
В утреннем воздухе зазвенел клич, и все посмотрели вверх. Что-то пролетело мимо финиковой пальмы, устремилось прямо к ним.
Хирси!
Альтаир вскинул руку, и птица приземлилась, раскинув крылья.
Генерал пребывал в прекрасном настроении. Он добрался до Крепости Султана. Повстанцы были на его стороне. Его мать отправится в Великую Библиотеку теперь, когда вернулся Хирси…
Кифа была, как всегда, полна дурных предчувствий.
– Эй… – позвала она. – Это что… твоё послание?
Хирси гордо защебетал.
Зафира затаила дыхание, ожидая, что телеги остановятся, зазвенят мечи и всё погрузится в хаос. Где же был Насир? Единственным разумным объяснением было – он остался там, отправив за ворота только её.
«Laa, laa, laa!»
Телеги резко остановились. В голове шумело. Они нашли его! Они…
Одна из телег сдвинулась, и девушка услышала звук шагов по песку. Облегчение быстро сменилось новым страхом – телеги обычно останавливали для проверок. Конечно же… это ведь
Шаги прозвучали совсем близко, и судя по стуку сапог – это был стражник. Зафира зажмурилась, вжалась в мешки, затаилась.
– Yalla, – протянул стражник. – У меня уже вот-вот перерыв.
Она зажмурилась ещё крепче, зная, что где-то там, за мили отсюда, в Тальдже подругу переполняли боль и ярость, потому что Зафира уехала, не сказав ни слова.
Что-то толкнулось о деревянные доски – стражник оперся о телегу. Что-то ещё зашелестело.
Джутовая ткань… Милостивые снега! Нет, нет, нет… Серый свет просачивался в телегу по мере того, как по– немногу поднималась ткань. Зафира спрятала ноги под мешок с мукой.
Стражник остановился. Руки и ноги у девушки дрожали.
– Эй? Что там ещё?
Она не расслышала ответ сквозь шум крови в ушах.
Стражник расхохотался, да так заразительно, что Зафира прикусила язык, чтобы тоже не рассмеяться. Khara, её мозг что, не понимал, в какой она оказалась опасности?
Ткань опала. Стражник отошёл, переговариваясь с кем-то гораздо более оживлённо, чем пару мгновений назад. Зафира с облегчением вздохнула, и её чуть тряхнуло, когда телега снова покатилась вперёд и остановилась в последний раз. Возница спрыгнул – телега дёрнулась, став легче.
А потом – ничего.
Что ей теперь делать? Она затаила дыхание, прислушиваясь к удаляющемуся звуку шагов, напоминая себе, что доверяла ушам больше, чем глазам.
