– Потому что вселение требует времени и сил, – объяснил Некрос, внимательно следя за моей реакцией. От его взгляда мне становилось не по себе. – И осмотрительности. Ведь мы по-прежнему не знаем точно, какие тела подходят, а какие нет. Их нужно внимательно отбирать, пробовать. Все это требует времени. И пока процесс идет, нужно где-то хранить кристалины. А значит, у нас еще есть шанс перехватить их. Либо все-таки найти те два хранилища, куда стражи эмоций изначально спрятали свои кристалины. Либо вычислить нового носителя и понять, куда он спрятал то, что достал из хранилищ стражей стихий. В идеале, конечно, нужно найти все.
– И как нам это сделать? – зачем-то спросила я, хотя понимала, что ответа ни у кого нет. Если бы был, этим уже занимались бы.
– Для начала вселить сущность и понять, почему она осталась в хранилище! – возбужденно повторил Ферер.
– Это наша единственная зацепка, – присоединилась к брату Варрет.
– Или ловушка, – возразил Некрос.
По реакции двух других стражей стало очевидно, что по кругу этих аргументов и контраргументов они ходят уже давно.
– Как именно это может быть опасно? – раздраженно вопросил Ферер.
– Не знаю, – ничуть не смутился Некрос. – Как вы не знаете, каким образом это может оказаться полезно. Но у меня дурное предчувствие.
Я присмотрелась к нему внимательнее. Он казался спокойным, но в том, как он косился то на Варрет, то на ее брата, было что-то непривычное. Вспомнив слова Соланж, я поняла, что она имела в виду. Некрос сопротивлялся предложению стражей стихий, потому что они выступали за него единогласно, в то время как именно у них была возможность переместиться в дом щеда Рохо и вынести кристалины из хранилища, пока мы разговаривали.
Так кого он все-таки подозревает больше: их или меня?
– Вы не могли бы нас оставить? – попросила я стражей. – Мне нужно переговорить с Некросом наедине.
Ферер и Варрет переглянулись, пожали плечами и молча направились к выходу. Уже вполне можно было спускаться в столовую на завтрак, а их переговоры явно зашли в тупик, так что особого смысла оставаться никто и не видел.
Когда мы с Некросом остались вдвоем, я заметила, что он избегает смотреть на меня, предпочитая изучать обстановку комнаты.
– Ты думаешь, они заодно с Ражем и Гатредом? – спросила я прямо, когда дверь за стражами закрылась и их шаги стихли в коридоре.
Брови Некроса удивленно взметнулись вверх, и он все-таки посмотрел на меня. Кажется, он ожидал другого разговора.
– С чего ты взяла?
Я сделала несколько шагов к нему, чтобы мы могли разговаривать тише. От моего внимания не укрылось, как он скользнул взглядом по мне сверху-вниз и снизу-вверх, и только сейчас поняла, почему выбрала это платье. Оно сидело по фигуре и подчеркивало все ее достоинства, хоть и было совершенно закрытым. Наверное, мне просто хотелось выглядеть в его глазах привлекательно, а ведь Некрос последнее время жил в мире, где женщины больше носят платья.
«Боги, о чем я думаю?» – разозлилась я на себя и тряхнула головой, чтобы избавиться от этих мыслей.
– Соланж сказала, что мне удалось посеять зерно сомнения в тебе, – объяснила я вслух, оказавшись вплотную к нему.
– Соланж?
– Да, я искала тебя сначала в спальне, она открыла мне дверь.
Некрос нахмурился.
– Что Соланж делала в моей спальне?
А вот я бы тоже хотела это знать…
– Ты у меня это спрашиваешь?!
Некрос мотнул головой, как бы говоря «нет» и одновременно закрывая тему Соланж в его спальне. Предпочел вернуться к моему первому вопросу:
– Я не знаю, Лора. Это не выглядит логично, но я не представляю, как еще объяснить исчезновение кристалинов из хранилища шеда Рохо. Соланж была так же возмущена предположением, что она проболталась Охотнику, как и ты. Вы обе представляетесь мне женщинами разумными, а значит, не могли так…
В том, как он произнес последнее слово, мне послышался явный намек. Да и то, как он держал себя, несмотря на мою близость (его руки так и оставались сцеплены за спиной), заставляло вернуться к предположению, что я все-таки вошла в его личный список потенциальных носителей стража.
Интересно, а могу ли я не знать об этом? Некрос говорил, что подавляемая личность, если она не уничтожается полностью, может временами перехватывать контроль и совершать поступки, о которых страж даже не узнает. А может ли быть наоборот? Могли ли Гатред или Раж притаиться во мне, наблюдая за происходящим и лишь иногда перехватывая контроль?
Впрочем, даже в этом случае я не понимала,
– Думаешь, я могла сделать это нарочно? – все же спросила я, глядя в глаза Некроса. Я ведь хотела
Его брови снова удивленно приподнялись, на лбу появились тревожные складки.
– Конечно, нет, – мягко заверил он.
– Тогда почему ты так холоден? – я попыталась изобразить улыбку, надеясь, что это немного растопит лед. – Мы уже пару минут одни, а ты до сих пор не поцеловал меня.
