– Хочешь копать под Ерохина, делай это один, – равнодушно отозвалась Варвара. – Я в его виновность не верю и, хотя признаю наличие некоторых странностей, никаких прямых доказательств не вижу.
– А это тебе – что? – Молодой человек недовольно ткнул в собственное пострадавшее лицо, при слабом свете угасающего дня выглядевшее совсем уж неприличным. – Не доказательство?
– Это – доказательство того, что Лёшке не нравится, когда его друзей бессовестно обманывают. Поверь, я сама с трудом сдержалась. Будь он убийцей, ты и до участка не доехал бы.
– Он с подчинёнными был, не при них же… И потом, ему наверняка нужны имена моих бывших товарищей по оружию и животрепещущие подробности кое-каких историй… Ерохин считал, что я уже никуда не денусь, и решил извлечь побольше пользы – новые звёздочки никому не помешают, а торопиться незачем.
– Всё равно, – упрямо замотала головой колдунья. – Лучше вернёмся к отцу Фёдору, страдающему раздвоением личности – даже ты не будешь спорить с тем, что это немного подозрительнее полицейского, который всего лишь выполняет свою работу.
– Всего лишь…
– И тут нам стоит вспомнить про Илью, – перебила Варвара, не давая ему договорить. – Нам известно, что он искал лекарство для матери, которой уже ничто не помогало… Ничего в голове не брезжит?
– Не представляю, как он мог узнать, – посерьёзнел Даниил. – Но если так, получается, он тоже предполагал, что исчезнувший фармацевт – это отец Фёдор. Постоянно таскался в церковь, из рощи за ней наблюдал… Тогда и повесить его должен был фармацевт: тому, кто скрывался и не хотел афишировать своё местонахождение, смерть Ильи могла быть выгодна. Это объясняет и другой способ убийства – без применения топора.
– Потому что убийцы разные? – уточнила школьница. – Так кто зарубил Зубова и фермера?
– У меня есть ответ на этот вопрос, но он вам почему-то не нравится.
– Потому что свидетельствует о серьёзной умственной неполноценности его автора.
Варвара вырвала у него вазочку с печеньем, но воздать грабителю по заслугам не успела: в дверь требовательно постучали, а через секунду барабанили уже в окно.
– В подвал! – мертвенно побледнев, прошептала ведьма.
Даниил бесшумно поднялся из-за стола и едва заметной тенью метнулся в своё укрытие. Процесс занял не более пары секунд, и Варвара непременно восхитилась бы, если бы не была так напугана.
– Ты что, калитку не заперла? – с укоризной прошипела Марго.
– Заперла, – огрызнулась колдунья. – Наверняка ОМОН уже вынес её вместе с забором.
Она убрала лишнюю чашку и на плохо слушающихся ногах двинулась к двери. Перед Ерохиным было ужасно стыдно, и это мерзкое ощущение сейчас было даже хуже, чем мысли о тюремном заключении, светившем в недалёком будущем. Не понимая, как смотреть ему в глаза, девушка замерла у двери, сделала глубокий вдох и с трудом заставила себя открыть.
– Так и знала, что вы дома, – нахально улыбнулась Надежда. – Слышали уже новости?
– О том, что отец Фёдор вернулся? – слабо уточнила Варвара, чувствуя, как сердце падает куда-то вниз. Озлобленных полицейских за спиной гостьи почему-то не наблюдалось, а калитка была открыта нараспашку. Неужели и правда забыла запереть? Или перед Надеждой Кулички успел посетить кто-то ещё?
– Нет, о том, что Димку Ивлиева отравили.
Ведьма еле сдержала вздох облегчения, но кровь, прилившая было к щекам, тут же отхлынула обратно.
– Насмерть? – пробормотала она, хватаясь за дверной косяк.
– Пока непонятно, вроде дёргается ещё. Там переполох страшный, скорую вызвали, хотя пока она доедет…
– Кто отравил-то? – с любопытством осведомилась Марго.
– А я откуда знаю? Думают на Варьку, естественно. Ну не в том плане, что сама яд подсыпала, а…
– Я поняла, – злобно перебила ведьма. – Он дома?
– Рядом. Когда совсем поплохело, выполз на улицу, чтобы помощи просить, да так и остался…
Не слушая дальнейших подробностей, Варвара ринулась в село; Марго и Надежда неслись где-то позади, не поспевая за взбудораженной колдуньей. Жизнь Димки её, конечно, интересовала, но далеко не так сильно, как возможность поймать убийцу. Раз уж суждено Ивлиеву стать очередной жертвой, пусть хотя бы будет заключительной. Главное, успеть поговорить с ним до приезда медиков – если он ещё в сознании, укажет на того, кто мог иметь доступ к его еде.
Растолкав взволнованных односельчан, которые в последнее время только и развлекались, что обострённой криминальной обстановкой, девушка пробилась к другу детства и замерла в нерешительности.
Бледный, весь в испарине Димка, скрючившись в позе эмбриона, лежал прямо на земле, заботливо накрытый чьей-то спортивной курткой. Парня мелко трясло, затуманенный взгляд, устремлённый на что-то невидимое, казался совершенно пустым, а глухие стоны, то и дело срывавшиеся с губ, пытался разобрать склонившийся над Ивлиевым сержант. Ерохин был угрюм и сосредоточен, по кругу повторял простые короткие вопросы, но ответа на них, судя по всему, не получал. Заметив в толпе Варвару, он виновато пожал плечами и кивнул, чтобы она подошла.