В какой-то момент барьер дрогнул – и рухнул. Моя сила хлынула наружу, приоткрывая дверь в новый мир.
– Да спадет пелена, – прошептала я, и мир разорвался.
Реальность стала черно-белой.
Свечи вспыхнули ярким пламенем, но их свет больше не был теплым – он стал холодным, мертвым.
Холодок пробежал по спине, будто чьи-то пальцы коснулись кожи. Я не вздрогнула. Я ждала этого. Передо мной явились духи. Их было…
Несметное множество.
Мужчины, женщины, дети.
Они стояли между деревьями, полупрозрачные, словно сотканные из тумана и пепла. Женщина в платье, расшитом незнакомыми узорами, плыла по аллее, ее босые ноги не касались земли. Воин в потрепанных доспехах застыл у дуба.
Они смотрели на меня с безнадежностью. Потому что первый шаман, тот самый «придворный мудрец», сделал из них пленников.
Он заточил их здесь.
И от меня не ждали милости.
Пока я не собиралась с ними договариваться. Но это… ненадолго.
Такой мир я буду видеть целые сутки. Потом краски вернутся. Но не для них.
Надолго ли хватит моей связи с теневым миром?
Посмотрим.
Но в одном я была уверена.
Самый главный злодей во дворце – это шаман.
И когда заговор завершится…
Я лично позабочусь о его судьбе.
Пару дней при дворе было довольно тихо, и нам с его величеством удалось провести некоторое время вместе. За трапезой или отдыхая на веранде его покоев. А потом Айсир, краснея, не позволила мне вечером съесть один из фруктов.
В ответ на мой недоуменный взгляд девушка пояснила:
– Если вы тяжелая, то вам нельзя.
Несколько секунд я осознавала сказанное, а потом насела на служанку, выведывая подробности. И как выяснилось, при дворе все-таки считают, что я беременна. Основания? Наши близкие и теплые отношения с его величеством и то, что я не пью вино. Если король его не пьет, так как не любит, и вряд ли он может быть беременным, к этому все привыкли, то мое пренебрежение объяснили так. А мне вообще-то оно тоже не нравится, кислое и противное.
Некоторое время я сидела размазанная такими новостями, не понимая, что с ними делать. А потом подумала: стоит ли вообще что-то предпринимать? Рано или поздно станет заметно, что они ошибаются.
Но был момент, которого я не учла. Та самая лазейка, которой заговорщики и воспользовались. Рядом только Айсир, которая оставляет меня одну, когда заканчивает с приготовлениями ко сну. Изора дуется, и ее нет рядом.
Уже готовая лечь спать, я услышала за дверью легкий шорох. Прислушалась. Ничего. Шторы развевались от ветра, проникающего через открытые двери террасы. Лучи лунного света пробивались в щели, давая легкое освещение комнат. Хм-м… Может, стоило закрыть двери на веранду?
– Госпожа, – раздался знакомый голос, пропитанный ядовитой сладостью.
Повернувшись к двери, я увидела Хуза, стоявшего посреди моей комнаты с неприятной усмешкой. За его широкой спиной теснились шестеро незнакомых мужчин – их лица были скрыты платками, но в глазах читалось холодное безразличие людей, готовых на все за звон монет.
– Что вы делаете в моей комнате?
Забавно. Даже осознавая, что пришли за мной, я не чувствовала страха. Лишь ледяную ясность мысли.
Когда я заняла высокую должность в фирме, директор по безопасности как-то провел со мной беседу.
«Паника – первая ступень к могиле, – сказал он тогда. – Если когда-нибудь окажешься в руках врагов, не дай им увидеть твой страх. Думай. Анализируй. Ищи слабые места».
Я обвела взглядом комнату, отмечая каждую деталь. И сразу заметила Айсир.
Она лежала без движения у стены, бледная, как полотно, с растрепанными волосами. Грудь едва поднималась. Жива. Но, несомненно, ценности для взломщиков она не представляла. Видимо, они занесли ее в комнату, чтобы она не привлекала внимания. Бесшумно сработали.
– Она жива, – бросил Хуз, проследив за моим взглядом.
Я стиснула зубы, подошла и приложила пальцы к ее шее. Пульс был слабым, но четким.
– Госпожа разбирается во врачевании? – усмехнулся Хуз.
– Нет. Чего вы хотите?
Я встала, стараясь отбросить лишние эмоции. Страх спрятался где-то глубоко внутри, но его заглушала ярость.
– Похитить вас. Если будете сопротивляться и поднимете шум – погибнут люди, но мы все равно вас украдем. А вместе с вами заберем и жизнь вашей служанки.
В голове молниеносно пронеслись варианты, и все были неутешительными. Они пришли за мной не просто так – значит, я им нужна живой. Но Айсир… для них она – расходный материал.
– Хорошо, я не буду поднимать шум, если моя служанка останется жива, – сказала я холодно, скрестив руки на груди.
Хуз хмыкнул, но в его глазах мелькнуло раздражение. Он не ожидал такого спокойствия. Мужчина повернулся к сопровождавшим его воинам, и между ними завязался молчаливый спор – никто не хотел нести меня и лишаться рук. Однако кому-то пришлось.
Один из незнакомцев шагнул ко мне и подхватил меня на руки.
– Ты выйдешь последним, – сказала я ему.
– Вы не в том положении, чтобы командовать, – оскалился Хуз.
– Еще как в том. Мне нужно убедиться, что после вашего ухода Айсир останется жива. А вам я не верю. Иди, как я сказала, или сейчас здесь будет скандал, – прошипела я, впиваясь в него взглядом, полным ненависти.