В этой коротенькой инструкции есть своя «живинка». Пусть это только маленькая деталь «сервиса», постоянной заботы о потребителе, но вытекает она из главного правила производства: «Внимание! Внимание тому, кто нас будет носить!» Отсюда и неустанная борьба за прочность обуви, за ее изящество, и хорошо действующая, гибкая система обновления моделей и быстрого внедрения лучших образцов в производство.
Именно здесь, у ленты конвейера, в гнездах которого медленно плывут изящные дамские туфельки, прочные мужские башмаки, элегантные замшевые ботинки, нарядные бальные туфельки, глядя на эту в массовом масштабе выделываемую обувь разнообразных моделей, я невольно задумался над тем, что можно назвать стилем работы, качеством труда, — одним словом, чехословацким мастерством.
Индра держит на кончиках пальцев прелестную туфельку — новую модель года. Узнаем: в этом году было создано 1200 моделей новой обуви; образцы были рассмотрены в августе; из 1200 отобрано 600, они будут запущены в производство с нового года.
Нам показывали модели будущего года, и пока мы их рассматривали, кто-то сказал, что уже сейчас самым тщательным образом изучается спрос потребителя и художники-модельеры заняты созданием новых и новейших образцов обуви. Одним словом —
Когда-то, в тридцатых годах, Алексей Толстой побывал в этих местах; он писал после осмотра фабрики: здесь человеческая ступня поднята на высоту культа. Сказано это с веселой, иронической улыбкой. Сами чехи в своем замечательном фабричном музее сказали об этом очень деловито: щедро черпая из огромного, богатого, накопленного древнечешскими мастерами и модельерами опыта, мы теперь в состоянии разрабатывать и производить обувь все более совершенных конструкций, обувь, удовлетворяющую санитарно-гигиеническим требованиям, обувь, отличающуюся привлекательным и красивым внешним видом.
Естественно, задаешь себе вопрос: почему наших чехословацких друзей не пугают и не останавливают трудности, неизбежно возникающие при переходе на новые модели обуви? Почему от момента создания моделей до запуска их в производство проходят такие короткие сроки?
Вспоминается статья на эту тему в наших «Известиях»: хозяйственники и модельеры московских обувных фабрик справедливо критикуют косность и неповоротливость в этой отрасли промышленности («Обувь многих наших фабрик несовременна. Она тяжелая, жесткая, негибкая. Стандарты требуют не столько прочности, сколько мощности»). И о новых моделях — они ведь недолговечны. Сколько требуется нужных, а еще больше — ненужных благословений на появление обуви нового фасона!
Мастерство (по-чешски — «умелост», «доведност») вырабатывается терпеливым и упорным трудом, насыщенным жизнелюбием и глубочайшим уважением человека к своей работе. Стиль этот именуется здесь так: «клидна, вировнана праце». Спокойная, ритмичная работа. Долгие часы я провел в фабричном музее обуви и, как мне думается, стал лучше понимать «прамени» — истоки культуры труда, столь свойственной чехословацкому народу.
Музей разместился на первом этаже фабричного корпуса. Встретили нас смотритель музея Иозеф Пастыржик и старый модельер Франтишек Лингардт.
Я не знаю, кому принадлежит эта счастливая мысль — создать музей в стенах фабрики, но какое же это умное, благородное, полное глубочайшего уважения к труду человека творческое начинание!
Замысел музея выражен в таких словах, крупно выведенных на стене просторного зала:
«Техническая история является хорошим учителем. Часто старая мысль, современные материалы и совершенная технология дают направление новым мыслям, помогают создать новое, лучшее изделие».
«Стара мышленка»… Есть глубокий смысл в том, что чехословацкие мастера не отказываются, а, наоборот, развивают старые, прочно укоренившиеся традиции искусства, ремесла, поставленного на современные индустриальные основы. Сколько труда было вложено, чтобы терпеливо и настойчиво искать и собирать обувь всех времен и народов; ее искали в старых замках чешских и словацких земель, во дворцах богачей, в жилищах крестьян, ремесленников, в горных хижинах, затерявшихся в лесных дебрях. Организаторы музея вынашивают мысль постепенно сосредоточить в нем наиболее интересные образцы обуви родной страны и всего земного шара.
Собственно, перед нами проходит какая-то часть, и притом немалая, истории человеческого труда. Человек первобытнообщинного общества обертывал свои стопы лыком, листвой, корой дерева, травой и шкурами животных. В витринах обувь времен египетского фараона Тутанхамона, сандалии, изготовленные из папируса и частично из кожи, украшенные золотыми цветами лотоса.
