В начале этого заклинания мы находим перечисление ряда названий рыб. Все они имеют красные метки на туловищах, и они табуированы для всех тех, кто читает магию мвасила и совершает обмены кула. Если человек съест эти рыбы, то он станет уродливым. Вышеприведенные слова одного из моих информаторов («мы едим плохую рыбу, мы уродливы») относятся, помимо прочих, к этим рыбам. В этой формуле воззвание является отчасти мольбой о помощи, а отчасти – своего рода экзорцизмом с целью предотвратить дурные последствия нарушения запрета есть этих рыб. Поскольку эта формула связана с ритуальным омовением, весь обряд обладает своего рода магической логичностью, вырисовывающейся среди чрезвычайно темных и смутных сочетаний представлений – красноты рыб, красной раскраски на человеческом теле для красоты, магии рыбной ловли и табу, наложенного на эту рыбу. Эти представления так или иначе связаны между собой, но было бы неразумно и неверно пытаться придать им некий логический порядок или последовательность[81]. Фразу о «приходе» не мог объяснить ни один из моих туземных информаторов. Я отважусь предположить, что рыб просят помочь путешественнику во время экспедиции кула, помочь ему своей красотой.
Несколько следующих относятся к тому приему, который человек надеется встретить на Добу: всё это высказывается на сильном и преувеличенном языке магии. Слова, которые здесь были переведены как «прижимать к своей груди», «обнимать», «помогать», являются терминами, используемыми для описания ласк, укачивания и прижимания маленьких детей. По туземному обычаю не сочтут изнеженными или нелепыми тех мужчин, которые, обнимая других мужчин за плечи, будут в таком виде прохаживаться или сидеть. Следует добавить, что все это делается без каких-либо гомосексуальных намерений – по крайней мере грубого типа. И тем не менее никакие такого рода ласки не могут иметь места между жителями Добу и их партнерами в кула. Упоминания о «большой женщине» и «большой доброй женщине» относятся к жене и сестре партнера, которые, как мы уже говорили выше, считаются оказывающими большое влияние на сделку.
Два голубя и два попугая метафорически выражают дружбу между тем, кто произносит это заклинание, и его партнером. Следующий за этим длинный перечень выражает обмен его обычных родственников на его друзей с Добу. Далее идет преувеличенное описание близости между ним и его партнером, в объятиях которого он окажется, на коленях которого он будет сидеть и изо рта которого он будет брать вещества для жевания из бетеля.
Я приведу пример другого из этих заклинаний, связанных с украшением себя и личной красотой. Это заклинание, которое произносят над тем орехом бетеля, которым толивага и члены его экипажа рисуют на своих лицах ярко-красные полосы. Молодой орех бетеля, растолченный с известью в маленькой ступке, дает краситель удивительно яркого и интенсивного цвета. Путешествующие по странам в районе Индийского океана и частей Тихого океана хорошо знают его как краску, которой аборигены красят губы и языки.
<p>Заклинание Тало</p>«Красная краска, красная краска рыбы удавада! Красная краска, красная краска рыбы мвайлили! На одном конце ароматного лепестка цветка пандануса; на другом конце цветка Дуваку. Это две мои красные краски, они блестят, они горят.
Моя голова, она блестит, она горит; моя красная краска, она блестит, она горит.
Мое раскрашенное черным лицо, оно блестит, оно горит.
Моя ароматическая краска, она блестит, она горит.
Моя маленькая корзинка, она блестит, она горит.
Моя ложка для извести, она блестит, она горит.
Мой горшочек для извести, он блестит, он горит.
Мой гребень, он блестит, он горит».
Далее таким же образом перечисляются различные предметы личного пользования – такие, как циновка, товары для обмена, большая корзина, заколдованный узелок (лилава), а потом опять разные части головы, то есть нос, затылок, язык, горло, гортань, глаза и губы. Затем еще раз повторяется весь этот ряд слов, но с другой ключевой фразой вместо «оно блестит, оно горит». Новое выражение, митапвайпва’и, является сложным словом, выражающим желание, вожделение, зарождающееся в глазах. Глаза, согласно туземным психофизическим теориям, являются тем местом, где сосредоточено восхищение, желание, сексуальное вожделение, алчная потребность в еде и стремление обладать материальными предметами. Здесь это выражение имеет тот смысл, что партнер с Добу при виде своего гостя должен воспылать желанием совершить с ним обмен кула. Заклинание заканчивается так: «Моя голова стала светлой, мое лицо горит. Я обрел такую же красоту, как и у вождя; я обрел хорошую внешность. Я единственный, моя слава единственная».
