Избранное. Том второй полностью

Игнат. Верно молвила, кружится земля. И нас кружит. Ох как кружит!

Клавдия. Я тут хозяйничала у тебя... без спроса.

Игнат. Почему же у меня? У себя хозяйничала. Я батрачек не нанимал.

Клавдия. Всё говорим, говорим... поздороваться забыли.

Игнат. Здравствуй, родная ты моя! (Обнимает её.)

В калитку заглядывает Домна. Увидев их, скрывается.

Сын где?

Клавдия. В Москву уехал. Телеграмму прислал.

Игнат (пробежав глазами телеграмму). Всё же добился своего мантулёнок. Может, хоть он в люди выйдет!

Клавдия. Выйдет, Игната! Он обязательно выйдет! Пойдём, я тебе художества его покажу.

Войдя в мастерскую сына, Игнат удивлённо останавливается: неужели всё это создано Гринькой?

Игнат. Этого помню. Солдат, который после войны воротился. Мы так же возвращались. Всю землю обнять хотелось. Григорий верно подметил.

Клавдия. Он с ними как с живыми разговаривает. Бывает, послушаю – и диву даюсь. Камни же, э. Гриша то жалуется им, то совета просит. Солдат этот шибко на тебя похожий. Гриша с ним чаще других беседует.

Игнат. Я про Солдата ещё до неволи знал. И про этого знал. Святогор ведь? Колечко тянет. К колечку земля прикована.

Клавдия. Угадал. Святогор и есть.

Игнат. Ай да Гринька!

Клавдия. Тут художник один приезжал из области. Как увидал эти штуки – ахнул. Немедленно, говорит, в институт поступай! Гриша поначалу робел, в себе сомневался, а видишь – вышло.

Игнат. Он и про мужика говорил, который упал на колено и колосок в ладошке держит... (Перейдя к чёрному Сеятелю.) Это же тот самый камень... твой!

Клавдия. Гриша берёг его, испортить боялся. А славно получилось!

Игнат молча переживает своё удивление. Прослышав о возвращении Игната, в ограду набираются женщины.

Галина (поздоровавшись). Вот радость-то у тебя, Кланя!

Клавдия. Великая радость, Галина! Такая великая, что больше уж не бывает. Проходите в дом, бабоньки! Проходите!

Дарья. С сыном-то разминулись! Шибко уж тосковал он без отца! Как Наталья, покойница, всё на Волчий бугор выбегал встречать.

Клавдия. Он у нас в институт поступил, на художника.

Галина. Достиг, достиг!

Все заходят в дом, Игнат остаётся один в мастерской.

Клавдия. Ой, бабы! Обезножела я! И руки ватные стали.

Роняет тарелку. Не скрывая счастливых слёз, блаженно улыба ется.

Дарья. Ты сиди, Кланя! Сиди, мы сами управимся.

Галина. Я пойду баньку протоплю. Хоть попаришь своего хозяина.

За окном заиграла гармошка. В дом вошли Пётр и Вера.

Пётр. Ну что, скульптор подаёт о себе вести?

Клавдия (даёт телеграмму). Вот, читай.

Вера. А я уезжаю... насовсем. Так что до свиданьица.

Дарья. Скатертью дорога. В отпуск-то на мамкины хлеба прикатишь?

Вера. Была нужда! Я в Сочи или в этот... в Саперави поеду. Есть такой курорт, Петя?

Пётр. Были бы деньги, саперави найдётся.

Дарья. А ты чего отстаёшь? Чемодана не нашлось?

Пётр. Чемодан давно готов. Судьба не решилась.

Дарья. Кто ж её решит за тебя?

Пётр (показывает кулаки). Вот эти гирьки. На соревнование вызывают. Первое место в области займу – тогда мне зелёная улица.

Клавдия. Раньше за драку судили, теперь зелёную улицу открывают. Вот дивья-то!

Пётр. Много ты понимаешь, тётка! Бокс не драка. Бокс – спорт, в котором берут верх самые смекалистые, самые сильные. Про Королева, про Шоцикаса слыхала? Вот великие мастера.

Клавдия. Что же особенного намастерили? Хоть бы одним глазком глянуть.

Дарья. Да уж не безделицу, наверно, коль великие.

Пётр. Темнота! Таких людей не знаете! Это же мировые драчуны!

Клавдия. Надо же, надо же! А я было подумала: умельцы какие, вроде Игната моего либо Гриньки. И верно: темнота!

Пётр, досадливо отмахнувшись, уходит.

Дарья. Коров-то своих кому передала?

Вера. Об этом пускай начальство печётся. Я теперь – вольная птица.

Клавдия. Птицы-то в родные края летят, а вы, едва оперившись, из дому улепётываете.

Вера. Гришке твоему можно, нам нельзя?

Третья женщина. Гришка – особь статья, он в художники пошёл.

Клавдия. А что, хоть в художники? Выучится – домой вернётся. В нём тяга отцовская к земле. А у тебя одна думка: скорей учесать да замуж выскочить.

Вера. Не вдоветь же мне, как вы вдовели! Человек должен жить красиво! А я тут с утра до вечера в назёме ковыряюсь. Да титьки коровьи дёргаю. Вот и вся красота.