Салли осторожно спустилась с планера. Единственным источником света были следы от шасси их планера. Диск неба находился так далеко на вершине этой каменной трубы, что его даже не было видно. Хотя, взглянув вверх вдоль синей линии кабеля, Салли будто бы увидела, как в вышине что-то двигалось, падало, заслоняя собой свет.
Земля была такой же, какой она увидела её в мгновения перед посадкой: затянутой живым покровом, в основном неподвижным — фиолетово-зеленая бактериальная слизь и что-то похожее на губки, некое подобие ползучих деревьев и коралловых колоний. Приземляясь, планер прочертил в этом покрове две параллельные линии, которые сейчас влажно блестели. Воздух был очень густой, а атмосфера сравнительно теплой — здесь была самая приветливая среда из всех ранее исследованных ею Марсов. Её явно подпитывала энергия от просачивающихся из-под земли минеральных выделений, влага из какого-то водоносного слоя. Солнечный свет не играл здесь никакой роли, так же как и дожди, несвойственные обычно засушливому Марсу. Разве что микроклимат этой ямы поддерживался пойманными здесь облаками и ливнями, которые оказались заперты внутри этих стен.
Отойдя немного от планера в сторону кабеля, она повертела головой по сторонам, перемещая луч фонаря на своем шлеме. Кроме кабеля и самой ямы вокруг не было ничего, что говорило бы о наличии какой-либо упорядоченной структуры, осознанного замысла…
Что-то задвигалось, пробежав сквозь луч её фонаря от одного сгустка теней к другому. Она взвизгнула от испуга.
Оказалось, что это ракообразное, плоское и прижимающееся к земле, вроде тех, которых они уже видели во время предыдущих остановок. Его хитиновая броня переливалась цветами, которые в привычной для него среде должны были оставаться невидимыми. Глаз у него точно не было, отсутствовал даже малейший намёк на глазные стебельки на корпусе.
— Бедняга, — произнесла она. — Ты живешь здесь давно, правда? Так давно, что не только ваша культура распалась, но и вы успели потерять зрение.
Сначала создание будто бы её слушало. А затем резко скрылось в темноте.
Внимательнее оглядываясь по сторонам, Салли снова пошла в направлении кабеля. Даже отсюда было видно, что тут нет никакой принимающей станции: кабель, казалось, просто уходит глубоко в скальный пол, покрытый волнами приспособившейся к темноте жизни… Но ещё она увидела, что сам кабель вроде бы поврежден, будто его пытались перепилить всего в нескольких ярдах над поверхностью.
— Эй, пап!
— А? — Уиллис, как обычно, казался рассеянным, уделяя ей минимум внимания.
— Плохая новость: узловой пункт каким-то образом спрятан под поверхностью. Я полагаю, если строители обладали возможностью расплавить эту яму, то они могли запросто притопить его в расплавленной породе… И хорошая новость: кабель поврежден. Как будто кто-то пытался его перепилить. Так что есть шанс заполучить наши образцы.
— Ух ты! И мне кажется, мы нашли тех, кто пытался это сделать. Смотри сюда.
Салли обернулась, сместив луч света от своего шлема. Перед собой она увидела стоящего к ней спиной Уиллиса. Одетый в костюм, он держал в руках что-то скрытое в тени. А позади него, рядом со стеной ямы, блеснул металл.
Это был космический корабль. Сильно поврежденные короткий нос и часть крыла торчали из-под плотного слоя глины. Она увидела следы соскобов там, где Уиллис очистил грязь с люка.
— Какого черта?!
— Свеженький, — произнес он. — Ну, относительно. Учитывая, что корабль ещё не рассыпался в пыль. Возможно, они пришли из какого-то другого мира — может быть, даже с Земли из этой вселенной. Как бы то ни было, они, судя по всему, попытались здесь приземлиться…
— М-да… пилоты из них ещё хуже, чем из тебя.
— Они и в самом деле повредили кабель. Что, если бы они его полностью отрезали? Мы могли бы тогда лишиться всего.
Салли подошла поближе, чтобы лучше рассмотреть находку. Похоже, корабль развалился, совершив жесткую посадку, но, судя по всему, он с самого начала выглядел весьма странно. Там имелись какие-то штуковины с углублениями, которые могли быть креслами. Она заметила что-то, напоминающее кости, белеющие под лохмотьями гниющей ткани.
Уиллис держал в руках череп — украшенный гребнем вытянутой формы, в два или даже в три раза крупнее человеческой головы.
В этот момент внимание Салли снова привлекло какое-то движение. Она запрокинула голову, двигая своим фонарем из стороны в сторону, пытаясь увидеть это вновь. Что-то бледное, с хлопающими краями.
— Корабль нас не касается, — сказал Уиллис. — Оставим его для университетских экспедиций. Мы, конечно, сделаем фото и возьмем несколько образцов. Куски костей. Может быть, этот череп. А потом возьмем образец материала, из которого сделан кабель, и уберемся отсюда…
Падающее сверху нечто теперь приближалось, медленно дрейфуя в сгущающемся воздухе, мягко хлопая, словно раненая птица. Когда оно приземлилось на кишащую жизнью поверхность неподалеку от Салли, она увидела, что это прикрепленная к алюминиевым стойкам керамическая панель. На ней был слабо виден рисунок в виде края звездно-полосатого флага.
