Это был кусок обшивки «Одина».
«Тор» вырвался из отверстия в марсианском грунте в полуденный свет.
Марс, который находился в полтора раза дальше от Солнца, чем Земля, всегда представлялся Салли тусклым миром, окутанным сумеречными красками. Но после пребывания в яме он показался ей ослепительно ярким: огромное открытое пространство — у неё заняло несколько минут, чтобы сориентироваться.
Затем она увидела, что по всему периметру вокруг ямы были разбросаны куски разбитого планера, похожие на белеющие кости фрагменты, расколотые и изжеванные, словно над ними поработали чьи-то гигантские челюсти.
Как только они поднялись достаточно высоко на тепловых потоках, чтобы выбраться из ямы, Уиллис сразу повернул на запад, к их ночному лагерю. Он спустился пониже, чтобы набрать скорость, — планер понесся над усыпанной камнями поверхностью. Там виднелись похожие на лыжные колеи следы, пересекающие тонкие цепочки следов от ботинок, как у Нила Армстронга, которые их компания оставила во время вчерашней прогулки от лагеря к краю ямы.
Затем её внимание отвлекло какое-то движение вдалеке. Что-то мчалось по каменистой земле под землисто-коричневым парусом, на некоем подобии белоснежных полозьев, вздымая за собой внушительный, словно петушиный плюмаж, хвост пыли.
Подлетев к тому, что осталось от лагеря, они сделали круг над обломками. Планер был так сильно изувечен, что Салли с трудом могла распознать его узкокрылую крестообразную конструкцию.
Их жилые палатки-пузыри по-прежнему стояли нетронутыми среди разбросанных груд снаряжения, еды, воды, одеял, одежды, обломков раций и научного снаряжения.
И ещё она с облегчением увидела там Фрэнка. Он стоял и махал им рукой, внешне целый, без повреждений, в нетронутом защитном костюме.
— Фрэнк? Ты как, нормально? — окликнула она его сверху.
— Как видишь.
— Я спускаюсь, — предупредил Уиллис.
Фрэнк отвернулся, осмотрел горизонт. Несущееся в облаке пыли нечто находилось на приличном от них расстоянии.
— Да, давай. Он ещё достаточно далеко. Нам нужно успеть собрать как можно больше наших вещей. Но только, Уиллис, держи двигатели наготове для взлета. Мы не можем себе позволить потерять наш последний планер.
— Понял, — Уиллис накренил нос планера и выполнил быструю, но жестковатую посадку. Салли немедленно отстегнула ремни сиденья и открыла крышку кабины.
— Слушай, пап, почему бы тебе не остаться на борту? Сиди здесь и будь готов взлететь в случае опасности.
Уиллис вновь заколебался, обдумывая сказанное.
— А что, в этом есть смысл.
Салли шагнула к Фрэнку, который тут же обратился к ней:
— Теперь ты понимаешь, почему я настаивал на запасном плане?
— Сейчас не самый подходящий момент для лекций, Фрэнк, — огрызнулась в ответ Салли.
— Тогда расскажи, что там в дыре?
— Для травелога тоже не время. Фрэнк, у меня такое чувство, что у нас его очень мало.
— Ты права, — он снова всмотрелся во вздымающийся шлейф пыли. — Я глянул на восток — в ту сторону, куда вы ушли. А он вынырнул, словно из ниоткуда, с запада. Сразу направил свою яхту на планер и с первого же захода отрубил ему одно крыло. Я в это время находился рядом с палатками. Вытащил из обломков стойку (единственное, что можно было хоть как-то использовать вместо оружия) и стоял возле палаток с остальным снаряжением, пока он расправлялся с планером. Когда он окончательно доконал нашу птичку, то скинул её остатки в яму. Я видел, как он сбрасывает туда оборудование. Ты знаешь, он умный. Изменил наши аварийные комплекты так, чтобы придать себе гибкости.
— Он? — переспросил Уиллис. — Черт возьми, кто он такой?
Фрэнк мрачно посмотрел на планер.
— Тебе стоило бы знать, Уиллис. Помнишь тех китобоев, миллион миров назад? Ты отдал им Переходники в обмен на доступ к их монолитам. Не припоминаешь, что потом случилось? Один из тех десятируких парней завладел твоими Переходниками с палатками-пузырями и стал править остальными…
— Ты называл его принцем, — вспомнила Салли.
— Да, это тот самый разозленный рак. Думаю, он захватил один из Переходников и все палатки-пузыри, которые только смог украсть, и отправился за нами в погоню.
— Зачем ему это нужно? — хмыкнул Уиллис.
— Позор, — произнесла Салли. — Месть. Фрэнк говорит об этом. Возможно, ты разрушил его социальный статус на глазах у всех, пап. Вот же дерьмо! Мне кажется, я видела что-то, как будто преследующее нас. Свет в темноте. Я не поняла этого, не смогла собрать все детали вместе.
— Что касается тебя, Уиллис, — обратился к нему Фрэнк, — то это твоя вина. Ты облагодетельствовал этих ребят Днем перехода, как и человечество до этого. Для тебя это было просто средством для достижения цели, способом подняться на новую ступень твоего грандиозного плана. Ты никогда не задумывался, какие последствия это им принесет? А они очень серьезные, судя по его одержимой, просто убийственной ненависти.
Салли снова посмотрела в сторону шлейфа пыли. Ей показалось или он приближался?
— Я думаю, Фрэнк прав, папа. Он снова возвращается.
