— Осторожно, сэр! — пискнул один из крысят помоложе из толпы, заполонившей туннель позади капканного взвода.
Хмыкнув, Гуталин поглядел сверху вниз на зубья, торчащие в каком-нибудь дюйме от его носа. И вытащил из одной из портупей деревянную плашку с наклеенным на конце осколком зеркала.
— Свечу чуть сдвиньте вон туда, — скомандовал он. — Так… так, хорошо. А теперь посмотрим… — Гуталин просунул зеркальце между зубьев капкана и осторожно повращал им туда-сюда. — Ага, так я и думал… «Зубастик» Прэттла и Джонсона, он самый! Одна из старых моделей № 3, но с дополнительным фиксатором. Далеко продвинулись, нечего сказать. О’кей. Эти модели нам знакомы, так? Сыр к чаю, парни!
Наблюдатели нервно захихикали, и тут раздался одинокий голос:
— Да это ж совсем просто…
— Кто это сказал? — резко вскинулся Гуталин.
Воцарилась гробовая тишина. Гуталин, вытянув шею, оглянулся назад. Молодые крысы опасливо расступились в разные стороны, и в образовавшемся коридоре осталась стоять одна-единственная очень, очень одинокая крыска.
— А, Питательная, — обронил Гуталин, снова оборачиваясь к спусковому механизму капкана. — Совсем просто, говоришь? Рад слышать. Тогда покажи нам, как это делается.
— Эгм, когда я сказала «просто»… — залепетала Питательная. — Ну, то есть Врассоле объяснял мне, как это делается, на капкане-тренажере, так вот он сказал…
— Нечего скромничать, — оборвал её Гуталин. Глаза его лукаво поблескивали. — Все уже подготовлено. А я просто понаблюдаю, идёт? Влезай в подвеску и давай, обезвреживай!
— Но, но, но… теперь я припоминаю: когда Врассоле нам все растолковывал, мне было очень плохо видно, и, и, и…
— Я вот что скажу, — предложил Гуталин. — Капканом займусь я, идёт?
Питательная облегченно выдохнула.
— А ты будешь диктовать мне, что делать, — добавил Гуталин.
— Эгм… — Судя по её виду, Питательная была уже готова в спешном порядке вернуться в ряды Легкого Гадства.
— Вот и отлично, — похвалил Гуталин. Он аккуратно убрал зеркальце, вытащил из-за пояса металлический прут. И осторожно потыкал им в капкан. Металл звякнул о металл; Питательная содрогнулась. — Так, на чем я остановился? Ах да, вот у нас рычаг спуска, вот пружинка и вот фиксатор. Что я должен сделать теперь, мисс Питательная?
— Эээ… эгм… ээээ… — неуверенно забормотала крыска.
— Тут уже что-то поскрипывает, мисс Питательная, — сообщил Гуталин из недр капкана.
— Эээ… эгм… надо заклинить такую штуковину…
— Какую именно штуковину, мисс Питательная? Не торопитесь, подумайте хорошенько, упс, эта металлическая деталь уже вибрирует, но я никоим образом не хочу вас торопить…
— Надо заклинить, эгм, ну, штуковину, эгм, такую штуковину, эээ… — Питательная лихорадочно завращала глазами.
— Может быть, вот эту здоровенную ЗАЩЕЛКУ, тьфу ты, твою ж мать…
Питательная рухнула в обморок.
А Гуталин выскользнул из подвески и спрыгнул на капкан.
— Готово, — заверил он. — Я его намертво заблокировал, теперь уж не сработает. А ну-ка, ребята, оттащите его с дороги в сторонку. — Крыс вразвалку вернулся к взводу и бросил кусочек заплесневелого сыра на подрагивающее брюшко Питательной. — Видите ли, в работе с капканами важна предельная точность. Либо вы точны, либо вы мертвы. Второй мыши достается сыр. — Гуталин принюхался. — Что ж, если сюда забредет человек, он сразу поймет: теперь тут
Остальные практиканты засмеялись тем нервным, вымученным смехом, каким смеются, когда внимание учителя по счастью привлек кто-то другой, а не ты.
А Гуталин между тем развернул клочок бумаги. Он был крысой действия, и мысль о том, что целый мир можно свести к крохотным значкам, его немного тревожила. Но он понимал, насколько это полезно. Когда он рисовал в картинках план туннеля, бумага все помнила. Бумагу не сбивали с толку новые запахи. Другие крысы, если только они умели читать, видели в своих головах то же самое, что написавший повидал наяву.
Гуталин изобрел карты. То есть рисунок мира.
— Потрясающая штука эта новая технология, — похвалил он. — Итак… вот тут отмечена отрава, в двух туннелях позади нас. Врассоле, ты принял меры?
— Закопал и сверху нагадил, — четко отрапортовал Врассоле, заместитель Гуталина. — Это был яд № 2, серого цвета.
— Молодчина, крыса, — похвалил Гуталин. — Оно пакость та ещё.
— Там повсюду вокруг валялись дохлые
— Вот уж не удивлюсь! От этой дряни противоядия нет.
— Ещё мы нашли лотки с № 1 и № 3, — сообщил Врассоле. — Очень много лотков!
— Отравление ядом № 1 можно пережить, если вести себя с умом, — промолвил Гуталин. — Помните об этом, вы все. А если вас угораздит сожрать № 3, у нас есть средство, способное поставить вас на ноги. Ну, то есть в конце-то концов вы оклемаетесь, но день-другой будете жалеть, что не умерли.
— Гуталин, тут вокруг очень много отравы, — встревоженно промолвил Врассоле. — Я столько нигде не видел. И повсюду — крысиные кости.
— Тогда — полезные советы по технике безопасности, — обронил Гуталин, сворачивая в новый туннель. — Не ешьте дохлых крыс, если не знаете, отчего они сдохли. А то и вы сдохнете от того же самого.
