— В общем, ладно, — промолвил он. — Ночка выдалась долгая. Слушай, когда дело швах, надо бежать. Ясно как дважды два. Просто уходим, лады? Когда за нами явятся, хочу, чтоб нас тут уже не было. А вот встречаться с дудочниками я точно не хочу. Они народ ушлый. Везде свой нос суют. И стоят целое состояние. Люди начнут задавать вопросы, а я бы предпочел, чтобы вопрос они задавали один-единственный: «Куда это подевались крысоловы?» Понимаешь? Умный человек всегда знает, когда выйти из игры. Ну, чего раскис, а?.. Что ты такое сказал?
— Кто, я? Да ничего. Может, по чашке чая? После чашки чая тебе сразу полегчает.
— Это разве не ты сказал: «сам ты киса»? — уточнил Крысолов № 1.
— Я просто спросил: чаю хочешь? Честно! С тобой все в порядке?
Крысолов № 1 пристально воззрился на приятеля, словно пытаясь понять, не врет ли тот. И наконец сказал:
— Да, да, все путем. Сахару три ложки, будь так добр.
— Вот и правильно, — одобрил Крысолов № 2, отмеряя сахар. — Уровень сахара в крови нужно поддерживать. О здоровье забывать не след.
Крысолов № 1 взял кружку, отхлебнул чая и задумчиво уставился на взболтанный напиток.
— Как мы вообще дошли до жизни такой? — рассуждал он вслух. — Ну, я про все про это, сам понимаешь! Иногда я просыпаюсь в ночи и думаю: что за глупость несусветная, а потом прихожу на работу, и все снова кажется, ну, вполне разумным. В смысле, тырить еду, вину возводить на крыс,
— Но мы ж целую кучу деньжищ заработали!
— Ага. — Крысолов № 1 поболтал чай в кружке и сделал большой глоток. — Наверное, в этом все и дело. Это какой-то новый чай, что ли?
— Нет, самый обычный «Лорд Грин», как всегда.
— На вкус какой-то странноватый. — Крысолов № 1 осушил кружку и отставил её на скамью. — О’кей, пошли заберем…
— Пожалуй, довольно, — раздался голос сверху. — А теперь ни с места и слушайте меня. Если попытаетесь убежать — вы умрете. Если будете слишком разговорчивы, вы умрете. Если будете ждать слишком долго, умрете. Если будете умничать — умрете. Вопросы есть?
С балок сорвались и закружились в воздухе несколько клочьев пыли. Крысоловы запрокинули головы. Сверху вниз на них смотрела кошачья морда.
— Да это ж треклятый кошак того парнишки! — воскликнул Крысолов № 1. — А я говорил тебе, он как-то странно на меня пырился!
— На вашем месте я бы смотрел не на меня, — непринужденно обронил Морис. — Я бы лучше посмотрел на крысиный яд.
Крысолов № 2 обернулся к столу.
— Эй, кто спер часть отравы? — воскликнул он.
— Ой, — ойкнул Крысолов № 1. Этот соображал куда быстрее.
— Спер? — возмутился кот с высоты. — Мы ничего не
— Ой, — выдохнул Крысолов № 1, плюхаясь на табуретку.
— Это опасная штука! — заорал Крысолов № 2, озираясь в поисках чего-нибудь тяжелого. — Ты не имеешь права его трогать! Ну-ка, сейчас же говори, где яд?
Крышка люка в полу с грохотом откинулась. Из дыры показалась голова Кийта. Под изумленными взглядами крысоловов мальчуган вскарабкался вверх по приставной лестнице.
Он держал в руках смятый бумажный пакет.
— О нет, — застонал Крысолов № 1.
— Что ты сделал с ядом? — взвыл Крысолов № 2.
— Ну, раз уж вы сами об этом заговорили, — откликнулся Кийт, — кажется, я пересыпал его в сахар.
Гуталин очнулся. Спина его пылала огнем, он задыхался. Он чувствовал, как челюсти капкана давят на него всей своей тяжестью и как чудовищные стальные зубы впиваются ему в брюхо.
«Странно, что я жив, — думал он. — Лучше б я умер сразу».
Крыс попытался приподняться: стало ещё хуже. Он тяжело осел на пол; боль ещё немного усилилась.
«Попался, как крыса в ловушку», — думал он.
«Интересно, какая это модель?»
— Гуталин?
Голос доносился откуда-то чуть сбоку. Гуталин попытался ответить, но каждое движение, даже самое легкое, все глубже заталкивало его в стальную пасть.
— Гуталин?
Гуталин слабо пискнул. Слова причиняли слишком резкую боль.
В сухой темноте заскребли лапки: шаги приближались.
— Гуталин!
Пахло Питательной.
— Гнх, — с трудом выдавил из себя Гуталин, пытаясь повернуть голову.
— Ты попал в капкан!
Это было уже слишком: Гуталин не удержался, пусть даже каждое слово отзывалось невыносимой мукой.
— Да… неужели?
— Я сбегаю за С-Сардинами, ладно? — пролепетала Питательная.
Гуталин чуял: в крыске нарастает паника. А времени на панику не было.
— Нет! Скажи… мне… — тяжело прохрипел он, — …капкан… какого… типа?..
— Эгм… эгм… эгм… — забормотала Питательная.
Гуталин сделал глубокий вдох, огнем опаливший его внутренности.
—
— Эгм, эгм… он весь проржавел… эгм… Повсюду ржавчина! Похож на… эгм… может статься… эгм… «Спинолом»… — Позади послышалось металлическое царапанье. — Да! Я обкусала ржавчину! Тут сказано: «Спинолом» братьев Ньюджент, модель № 1», сэр!
