— Но выживает сильнейший, — отозвался голос Паука. — Сильные крысы ускользают от крысоловов и прогрызают решетку клеток. И я призываю их к себе, как и вас. А что до их разума… я способен думать за всех.
— Увы, но я слаб, — осторожно произнес Фасоль Опасно-для-Жизни.
— Ты интересно мыслишь. Ты тоже стремишься к власти над крысами.
— К власти? — удивился Фасоль Опасно-для-Жизни. — Я?
— Ты наверняка уже понял, что в этом мире есть раса, которая ворует, убивает, распространяет болезни и расхищает все то, чем не может воспользоваться, — прозвучал голос Паука.
— Да, — кивнул Фасоль Опасно-для-Жизни. — Догадаться несложно. Эта раса называется «человечество».
— Молодец. Видишь моих отборных крыс? Через несколько часов явится дурацкий дудочник, заиграет в свою дурацкую дудку, и да, мои крысы побегут за ним из города. А ты знаешь, как дудочник убивает крыс?
— Нет.
— Он заводит их в реку, где… ты меня слушаешь?.. где они все тонут.
— Но крысы отлично умеют плавать, — возразил Фасоль Опасно-для-Жизни.
— Да! Крысоловам доверять нельзя! Они ведь не захотят остаться завтра без работы, так? Но двуногие предпочитают верить в сказки! Они скорее поверят в сказки, нежели в правду! Но мы, мы — КРЫСЫ! И уж мои крысы поплывут, не сомневайся! Крысы крупные, крысы особенные, крысы, которые выжили, крысы, в которых заключена часть моего сознания. Они разбегутся по городам, сея разор и гибель, — подобного бедствия люди даже представить себе не могут! Мы сторицей воздадим им за каждый капкан! Двуногие мучили нас, травили ядами, убивали, и все это ныне обрело воплощение во мне, и грядет МЕСТЬ.
— Обрело воплощение в тебе. Да, кажется, я начинаю понимать, — откликнулся Фасоль Опасно-для-Жизни.
За его спиной затрещала и вспыхнула спичка. Персики зажгла новую от дотлевающего огонька первой. Кольцо крыс, что смыкалось все теснее, снова откатилось назад.
— Ещё две спички, — промолвил Паук. — И тогда так или иначе, крысенок, ты будешь мой.
— Я хочу видеть, с кем я разговариваю, — твердо заявил Фасоль Опасно-для-Жизни.
— Но ты же слеп, белый крысенок. В твоих розовых глазках я различаю только туман.
— Они видят больше, чем ты думаешь, — произнес Фасоль Опасно-для-Жизни. — И если, как ты говоришь, ты Большая Крыса… тогда покажись мне. Лучше один раз унюхать, чем сто раз услышать.
Послышался шорох, и Паук вышел из теней.
Морису показалось, что он видит крысиную стаю: крысы бежали по ящикам, — нет, не столько бежали, сколько плавно перетекали, как будто лапками их управляло единое существо. Крысы выползли на свет, перебравшись через какой-то мешок, и Морис заметил, что хвосты их связаны в огромный безобразный узел. А ещё — все крысы были слепы. Все восемь крыс встали на дыбы и рванулись, натягивая хвосты. В голове Мориса загрохотал голос Паука:
