Поскольку подобные скрытые формы взяточничества были весьма распространены, народный комиссар юстиции и прокурор РСФСР Д. Курский 9 октября 1922 г. направил «всем Нарсудам, Ревтрибуналам и чинам прокурорского надзора» циркуляр № 97 «Об объеме понятия взятки», коим предлагалось «подводить под понятие взятки с привлечением виновных по ст. 114 Уголовного кодекса равным образом следующие категории деяний»: получение должностным лицом, несущим какие-либо контрольные и ревизионные функции в данном учреждении или предприятии, каких-либо видов материального довольствия, не предусмотренных законом, от подотчетных ему учреждений единовременно или периодически; получение по незаконному совместительству в двух государственных учреждениях или хотя бы в одном государственном и другом частном вознаграждения или довольствия, а также «комиссионных», «наградных», «организационных» или «за содействие», если оба эти учреждения находятся между собой в отношениях товарообмена или торговых операций или хотя бы в отношениях взаимных услуг, и если установлено, что данное лицо принимало лично или через посредников участие в выполнении этих операций или услуг, и некоторые другие подобные деяния.[398]
Эти же идеи развивались в утвержденном постановлением СНК РСФСР от 21 декабря 1922 г. «Временных правилах о службе в государственных учреждениях и предприятиях».[399] Согласно правилам многие виды совместительства запрещались, и нарушающие этот запрет сотрудники государственных учреждений и предприятий, а также принявшие их на службу или не уволившие их со службы руководители соответствующих учреждений и предприятий привлекались к ответственности за получение и дачу взяток.
Ввиду возникших сомнений, в каких случаях совмещение работы в государственном или частном учреждении или предприятии должно квалифицироваться как взяточничество, Пленум Верховного Суда в постановлении от 3 декабря 1926 г. разъяснил, что ответственность наступает: 1) если государственное (общественное) учреждение или предприятие, в котором работает должностное лицо, и частное предприятие, участником которого он является, находятся в отношениях товарообменных или торговых операций или хотя бы в отношениях взаимных услуг; 2) если государственное учреждение контролирует деятельность частного торгового (промышленного) предприятия и 3) если должностное лицо лично (хотя бы в качестве посредника) или через посредника принимает участие при подрядах, поставках, торгах или иных операциях коммерческого свойства для учреждения или предприятия, где оно работает, или для учреждения (предприятия), находящегося в контрольной, административной или финансовой зависимости от учреждения (предприятия), где служит должностное лицо.[400]
В 30-е и последующие годы, когда частные предприятия и многие кооперативы были ликвидированы, возможности совместительства резко ограничены, подобного рода скрытые формы взяточничества были не столь распространены. Однако и здесь можно отметить постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 9 марта 1934 г. «О работе Донецкой дороги», где рассматривалось как вид взяточничества оказание различных «услуг» со стороны советских и партийных органов работникам железнодорожного транспорта с целью побудить их к перевозке местных грузов в ущерб государственным.[401] В изданном в соответствии с эти документом постановлении СНК СССР от 20 апреля 1934 г. «О премировании железнодорожных работников и совместительстве работы на транспорте с работой в других организациях и учреждениях» запрещалось советским, хозяйственным и другим организациям выдавать, а рабочим железнодорожного транспорта принимать от них какие бы то ни было премии. Запрещалось также работникам железнодорожного транспорта работать по совместительству в других советских и хозяйственных организациях. Такого рода премирование и совместительство рассматривалось как взяточничество.[402]
Вопрос о скрытых формах взяточничества путем оплаты должностному лицу якобы работы по совместительству или по трудовому соглашению, вновь приобрел актуальность в наше время, особенно в связи с развитием кооперативного движения.
16 октября 1989 г. Верховный Совет СССР внес дополнения в редакцию действовавшего в то время п. 2 ст. 40 Закона СССР «О кооперации в СССР»: «Не допускается вступление в члены кооперативов в сфере производства и услуг и работа в них по трудовому договору руководящих работников органов государственного управления, а также государственных, общественных и кооперативных предприятий, организаций и учреждений, в функции которых входит осуществление контроля за деятельностью кооперативов, включая работников соответствующих служб данных организаций».[403]
