Вторая особенность ответственности юридического лица заключается в том, что, возместив убытки потерпевшему, оно вправе вслед за этим в порядке регрессного иска переложить ответственность за убытки на работника, являющегося конкретным виновником их причинения. Возможность предъявления регрессного иска ни в какой мере не укрепляет, однако, позиции тех авторов, которые считают, что в случаях причинения вреда работниками юридических лиц последние несут ответственность за чужие действия. Дела по таким искам разрешаются, как известно, на основе норм трудового законодательства, в то время как юридическое лицо несет ответственность на основе норм советского гражданского права. Это означает, что предъявление регрессного иска к работнику осуществимо лишь постольку, поскольку своими действиями он нарушает одновременно как гражданско-правовые обязанности юридического лица, так и свои собственные трудовые обязанности перед юридическим лицом.
То, что криминалисты назвали бы «идеальной совокупностью» двух правонарушений, служит здесь основанием для предъявления двух исков: одного к юридическому лицу, а другого – со стороны юридического лица к конкретному виновнику. Когда же такой «идеальной совокупности» нет, когда действия работника нарушают только гражданско-правовые обязанности юридического лица, как это, например, имеет место в обязательствах по возмещению вреда, случайно причиненного источником повышенной опасности, возможность предъявления регрессного иска исключается. Следовательно, юридическое лицо всегда отвечает за действия своих работников, как за свои собственные действия. Но так как, входя в состав коллектива юридического лица, работник в то же время состоит в трудовых правоотношениях с последним, нарушение этих отношений дает юридическому лицу право на предъявление к работнику иска, который в зависимости от конкретных обстоятельств дела может быть либо прямым, либо регрессным.
Необходимо также отметить, что факт совершения юридическим лицом правонарушения зачастую устанавливается и при отсутствии у суда или арбитража данных в отношении всех конкретных виновников правонарушения. Так, получив от своего заказчика забракованные им два чехла для охотничьих ружей, Ленинградский завод «Военохот» смог установить по пометкам бракера изготовителя только одного из них, а изготовителя второго чехла выявить не удалось. Несмотря на то, что в обоих случаях основным виновником брака был изготовитель, денежный начет в размере стоимости второго чехла администрация завода произвела в отношении бракера, вследствие небрежности которого не удалось выявить бракодела. Вместе с тем для решения дела по спору между заводом и получателем его продукции это обстоятельство не могло иметь какого-либо значения, так как кто бы ни был конкретным виновником выпуска брака, этот факт сам по себе явился результатом недозволенных действий, совершенных заводом в целом.
Отмеченные особенности правового положения юридического лица как субъекта ответственности не оказывают, таким образом, существенного влияния на установленные законом общие условия применения к правонарушителю гражданско-правовых санкций. Все равно, привлекается ли к ответственности гражданин или юридическое лицо, необходимо, во всяком случае, чтобы совершенное ответчиком действие было противоправным и виновным по своему характеру и чтобы между этим действием и наступившим результатом существовала причинная связь. Если все перечисленные условия создаются поведением работников социалистической организации как членов коллектива, образующего ее юридическую личность, последняя и будет привлечена в качестве субъекта ответственности по советскому гражданскому праву.
В анализе правового положения юридического лица необходимо учитывать наряду с его коллективной природой также и специфический характер его право– и дееспособности. Одна из существенных особенностей правоспособности юридических лиц, отличающих ее от правоспособности граждан, состоит в том, что эта правоспособность является специальной по своему характеру. Советскому гражданскому праву неизвестны юридические лица, обладающие общей правоспособностью, так как это противоречило бы самой природе социалистического общества и в первую очередь закону его планомерного развития, предполагающему строгое распределение хозяйственных и иных функций между различными социалистическими организациями и точную координацию их деятельности во взаимоотношениях друг с другом. Поскольку же правоспособность, а соответственно этому и дееспособность советских юридических лиц носит специальный характер, то такой же специальной является и их способность к выступлению в качестве субъектов гражданско-правовой ответственности.
Это обстоятельство имеет важное практическое значение для определения того круга случаев, когда юридическое лицо вообще может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности.
