Условия, необходимые для привлечения к гражданско-правовой ответственности, могут быть соединены лишь в поведении вменяемого лица, достигшего определенного возраста, причем в этом случае, т. е. в случае привлечения к ответственности гражданина, указанные условия приобретают то общее выражение, в каком они и будут охарактеризованы в дальнейшем изложении. Поэтому их последующий анализ будет исходить из общего предположения о том, что привлекаемое к ответственности лицо вменяемо и достигло определенного установленного в законе возраста.
Можно без всякого преувеличения сказать, что ни одна другая специальная проблема советского гражданского права не способна в такой мере служить критерием оценки правильности той или иной теории юридического лица, как проблема гражданско-правовой ответственности. В процессе общего исследования гражданской правосубъектности социалистических организаций ставится и решается вопрос о конкретных людях, взаимные отношения которых выражаются и закрепляются в институте юридического лица. В анализе же специальных проблем, в частности проблемы ответственности по советскому гражданскому праву, в полной мере проявляется
Подходя с этой точки зрения к оценке теории, отождествляющей юридическую личность хозорганов с самим социалистическим государством, нельзя не отметить, что она не в состоянии объяснить ни одного вопроса, возникающего в конкретной практической области – в области ответственности юридических лиц. Если считать, что за каждым социалистическим хозорганом стоит советское государство в целом и только оно, то тогда и все условия ответственности – противоправность, вина, причинная связь – должны быть объединены в лице советского государства, а это означало бы, что в каждом случае возложения ответственности на хозорган виновным в совершении правонарушения является весь советский народ, организованный в государство единый всенародный коллектив. Едва ли советский суд или арбитраж, опираясь на такую теорию, мог бы прийти к плодотворным выводам в процессе рассмотрения конкретных гражданских дел.
Значительные затруднения в объяснении оснований ответственности юридических лиц испытывают также сторонники теории, рассматривающей в качестве носителей гражданской правосубъектности хозорганов их директоров. Иногда причинение вреда действительно является результатом виновного действия или бездействия администрации юридического лица. Таковы, например, случаи причинения увечья вследствие непринятия администрацией мер по обеспечению предприятия необходимыми средствами безопасности. В одном из уголовных дел, рассмотренных Ленинградским городским судом, вина директора научно-исследовательского института выразилась в том, что он отдал распоряжение шоферу легковой машины вести ее с превышением дозволенной скорости, а когда машина наскочила на группу детей, находившихся вместе с воспитательницей детского сада на прогулке, он приказал шоферу увеличить скорость с тем, чтобы скрыться от преследования. Однако в большинстве случаев внедоговорный вред причиняется действиями не самой администрации, а других работников юридического лица. Для обоснования ответственности юридических лиц в делах подобного рода обычно выдвигается известная конструкция вины администрации при выборе работника и осуществлении надзора за ним.[269] В свете этой конструкции ответственность юридических лиц, если вред причинен их рабочими и служащими, выступает уже как ответственность не за свои собственные, а за чужие действия. Противопоставление администрации юридического лица его рабочим и служащим доведено здесь, таким образом, до крайнего предела: администрация государственной социалистической организации отождествляется с нею; рабочие и служащие, напротив, объявляются посторонними для нее лицами, выполняющими лишь поручение хозоргана. Применение подобной теории на практике означало бы, что, установив вину конкретных работников, суд не мог бы еще возложить ответственность на юридическое лицо, если бы не удалось доказать связи между виновными действиями работников и виною администрации в их выборе и в осуществлении надзора за ними.
