Таким образом, можно считать установленным, что практика не знает применения неопровергнутых и в то же время недоказанных презумпций, так как презумпции советского гражданского права, в том числе и презумпция государственной собственности, применяются только при доказанности условий, на которые рассчитаны эти презумпции, согласно указанию закона. Поэтому и вопрос о значении презумпций следует ставить иначе, чем он ставится сторонниками презумптивных решений. Нужно говорить не о возможности судебных решений, основанных на презумпции, которая не была ни доказана, ни опровергнута, – таких решений в природе не существует, ибо презумпция не может вступить в действие при недоказанности условий ее применения, – а о характере судебных решений (с точки зрения их истинности), вынесенных на основе положительно доказанных презумпций, при отсутствии у суда других доказательственных данных. В самом деле, можно ли признать истинным судебное решение о признании безвестно отсутствующего умершим, если у суда нет положительных данных о его смерти, но имеются доказательства всех условий и фактов, предусмотренных ст. 12 ГК? Обоснованно ли признание по суду ответчика собственником спорной вещи, если в распоряжении суда нет никаких других доказательств, кроме данных о том, что ответчик владеет спорной вещью? Соответствует ли требованиям объективной истины судебное решение, коим государство признается собственником спорного имущества, если у суда имеются данные только о том, что государство доказало обстоятельства, на которые оно ссылается, а ответчик защищается против иска ссылкой на владение, не доказав его правомерности?
Судебные решения могут быть основаны как на прямых, так и на косвенных доказательствах. Глубоко ошибочным был бы взгляд на вторую группу решений как на решения, так сказать, низшего сорта. В единичных случаях встречающиеся судебные ошибки могут быть допущены при наличии у суда не только косвенных, но даже и прямых доказательств. В целях устранения таких ошибок существует порядок кассационного обжалования, возобновления дел по вновь открывшимся обстоятельствам, а в исключительных случаях – пересмотра вошедших в законную силу решений в порядке надзора. Истинность решений советского суда заключается вовсе не в том, что они обязательно должны быть основаны на прямых доказательствах, а в том, что наш суд не связан формальными доказательствами и их формальной оценкой, подвергая свободной оценке по внутреннему убеждению доказательства, представленные сторонами и собранные, благодаря его активности в процессе, по инициативе самого суда. Поэтому даже при наличии такого прямого доказательства, как признание иска ответчиком, суд обязан, если у него возникают сомнения, проверить такое признание и вынести решение в соответствии с собранными им доказательствами.
Так, несмотря на признание Ф. обоснованности требования Ж. о разделе лицевого счета, суд отклонил этот иск на том основании, что собранные им доказательства свидетельствовали об отсутствии права на жилплощадь у истца, который поселился на площадь своего дяди и не находился на его иждивении, а жил самостоятельно, получая стипендию в вузе и материальную помощь от своих родителей.
При косвенном характере доказательств решение суда будет истинным, если эти доказательства, связанные в единую цепь, с непреложностью приводят к выводу, который формулируется в судебном решении. К числу таких решений относятся также и решения, которые основаны на обстоятельствах, предусмотренных презумптивной нормой и доказанных в ходе судебного разбирательства дела. И здесь суд связывает в единую цепь всю совокупность собранных по делу доказательств, опираясь не только на факт доказанности обстоятельств, предусмотренных презумптивной нормой, но также и на то, что, несмотря на активность суда и участников процесса, никаких других обстоятельств, ставящих под сомнение судебное решение, доказать не удалось. Единственная особенность судебных решений такого рода, в отличие от других решений, основанных на косвенных доказательствах, заключается в том, что в процессе соединения в единую цепь собранных по делу доказательств внутреннее убеждение суда складывается под влиянием не только известных ему фактов, но и той оценки, которую они получают в презумптивной норме закона. Однако ввиду научной обоснованности советских презумпций, обобщенно выражающих постоянно повторяющиеся факты реальной действительности, это обстоятельство не только не ставит под сомнение истинность судебных решений, а, наоборот, способствует достижению объективной истины.
Сообразно с этим определяется значение презумпций, установленных по советскому гражданскому праву.
