Избранные труды. Том I полностью

Из изученных 58 дел, в которых имела место вина потерпевшего, суды лишь в решениях по семи делам применили правило о смешанной ответственности. Но и в этих решениях снижение ответственности причинителей не было произведено в соответствии со степенью вины потерпевшего, а согласно указаниям ГКК Верховного Суда РСФСР, наступивший ущерб распределялся в равных долях между причинителем и потерпевшим. Правда, в докладе ГКК допускается распределение ущерба не только в равной, но и в «той или иной мере». Но поскольку ГКК не формулирует основного принципа, в соответствии с которым ущерб в «той или иной мере» должен быть распределен, – принципа учета степени вины причинителя и потерпевшего, суды при смешанной вине исходят, как правило, из равенства долей. Практика эта в такой мере утвердилась, что, несмотря на вполне четкое и ясное указание, содержащееся по этому вопросу в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 10 июня 1943 г., суды и в настоящее время либо вообще не учитывают вины потерпевшего, либо сужают объем ответственности причинителя ровно наполовину, независимо от степени вины потерпевшего.

Устранение недочетов, имеющихся в этом вопросе, приобретает существенное практическое значение. Институт гражданско-правовой ответственности вообще, в том числе ответственности за причинение вреда, ставит своей задачей не только восстановление того положения, которое существовало до правонарушения, но и воспитание при помощи ответственности участников советского гражданского оборота. Вина как основание, как ведущий принцип ответственности имеет важнейшее значение для решения воспитательных задач, стоящих перед советским гражданским правом. Но эти задачи были бы невыполненными, если бы меры ответственности направлялись только против виновных причинителей вреда. Когда вина имеется на стороне потерпевшего, она также связана с определенным совершенным им противоправным действием. И если причинитель при этих условиях все же подвергается ответственности в полном объеме, то это, по существу, означает, что потерпевший, который совершил виновное противоправное действие, полностью от ответственности освобождается.

Снижение ответственности причинителя при наличии соответствующей вины потерпевшего уже потому является безусловно необходимым, что оно представляет собой не что иное, как ответственность потерпевшего за совершенное им правонарушение, хотя его ответственность и не выражается в обычной для гражданского права форме возмещения ущерба.

В то же время снижение ответственности причинителя при наличии вины потерпевшего должно производиться не автоматически – ровно на 50 %, как это сделано в изученных нами судебных решениях, а с учетом степени вины потерпевшего, ибо если виновен не только причинитель, но и сам потерпевший, снижение ответственности причинителя сообразно со степенью виновности каждого из них не только допустимо, но и является совершенно обязательным, поскольку лишь при этом условии распределение ущерба можно признать вполне обоснованным, соответствующим воспитательным задачам советского гражданского права.

Необходимо остановиться еще на одном вопросе, связанном с общей проблемой объема ответственности причинителя увечья. Мы имеем в виду ответственность за случайный вред, причиненный источником повышенной опасности лицу, застрахованному причинителем.

Как известно, в изъятие из общего правила ст. 404 ГК, которая не связывает ответственность за причинение вреда с виною причинителя, ст. 413 ГК устанавливает, что «лицо или предприятие, вносящее страховые взносы за потерпевшего в порядке социального страхования, не обязано возмещать вред, причиненный наступлением страхового случая». Такая обязанность, как указывает ч. II ст. 413 ГК, может быть возложена на страхователя лишь при том условии, что вред был причинен его преступным действием или бездействием.

Хотя закон и говорит о «преступном» действии или бездействии, в нашей теории является общепризнанным, что для ответственности страхователя достаточно его вины, если бы даже эта вина не носила уголовного характера. Но в судебных делах, изученных нами, даже и это, гораздо более смягченное требование обычно не соблюдается. Лишь в сравнительно редких случаях в практике судов Ленинграда иски потерпевших отклоняются на том основании, что причинитель является страхователем, а вред причинен без вины. Дела подобного рода низовые судебные органы обычно рассматривают на основе ст. 404 ГК, не учитывая ст. 413 ГК, и взыскивают с причинителя-страхователя в пользу потерпевшего возмещение в объеме предъявленного последним дополнительного требования (ст. 413 ГК), независимо от того, был ли вред причинен виновно или случайно.