Иногда объявление действительной сделки, не облеченной в требуемую законом нотариальную форму, обусловливается, кроме того, своеобразием конкретных отношений, в условиях которых такая сделка совершается. Так, Ленинградский городской суд, решая вопрос о разделе супружеского имущества в связи с разводом, удовлетворил требование мужа о возврате ему кольца, подаренного жене при вступлении в брак, поскольку договор дарения не был оформлен нотариально, вопреки указанию закона. ГСК Верховного Суда РСФСР правильно отменила это решение Ленинградского городского суда, ибо было бы абсурдно требовать применения нотариальной формы в том конкретном случае, который явился предметом судебного рассмотрения.
Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что судебное признание юридической силы за сделкой, которая была совершена с нарушением требования закона о нотариальной форме, допустимо лишь в исключительных случаях. По общему правилу, такие сделки недействительны.
В. Единство воли и волеизъявления в сделк е. Сделк и с пороками воли. Для заключения сделки требуется желание ее совершить (внутренняя воля) и выражение этого желания вовне (волеизъявление). В то же время необходимо, чтобы процесс формирования внутренней воли протекал нормально, без воздействия каких-либо внешних извращающих его обстоятельств и чтобы содержание внутренней воли было передано посредством волеизъявления правильно, без каких-либо искажений. Если хотя бы одно из этих условий отсутствует, если внутренняя воля, направленная на совершение сделки, формируется ненормально или если волеизъявление не соответствует внутренней воле, говорят, что сделка страдает пороками воли. К числу таких сделок, предусмотренных Гражданским кодексом и объявляемых им недействительными, относятся сделки, совершенные под влиянием обмана и заблуждения, угрозы и насилия, вследствие злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной или стечения тяжелых обстоятельств (ст. ст. 57–58 ГК).
Обман имеется в случаях, когда участник двух– или многосторонней сделки, а также лицо, могущее получить определенные выгоды от совершения кем-либо односторонней сделки, путем намеренного сообщения ложных сведений или умышленного умолчания о действительных фактах побуждает другое лицо к совершению сделки. Обман в сделке характеризуется, следовательно, тем, что, во-первых, он носит намеренный (умышленный) характер и, во-вторых, исходит либо от контрагента по договору (например, продавец намеренно вводит в заблуждение покупателя), либо от лица, в интересах которого совершается односторонняя сделка (например, от наследника, в пользу которого составлено завещание). При этом умысел, направленный на обман, может быть выражен посредством как активных действий (сообщение ложных сведений), так и бездействия (умолчание об обстоятельствах, которые могли бы воспрепятствовать совершению сделки). Не имеет также значения, касается ли обман элементов самой сделки (субъекта, предмета, условий и основания) или он относится к обстоятельствам, находящимся за пределами сделки, в том числе и к мотивам. Важно лишь, чтобы обман затрагивал такие моменты, которые имеют существенное значение для формирования воли, направленной на заключение сделки. Если конкретные обстоятельства свидетельствуют о том, что при правильном представлении о моментах, воспринятых вследствие обмана в ложном свете, контрагент не пошел бы на заключение данной сделки, сделку следует считать совершенной под влиянием обмана.
При обмане налицо как внутренняя воля, направленная на совершение сделки, так и соответствующее ей волеизъявление. Однако самый процесс формирования воли протекает здесь ненормально, и потому сделка, как страдающая пороками воли, признается недействительной.
Так, гр-ка С., проживавшая в Ленинграде, по предписанию врачей должна была немедленно переменить место жительства, чем и воспользовался гр-н П. при заключении договора об обмене имевшейся у него в Киеве комнаты на комнату гр-ки С. При этом гр-ка С. пошла на оформление обмена, предварительно не осмотрев предложенной ей комнаты, так как доверилась сведениям, сообщенным ей П. Впоследствии выяснилось, что эти сведения не соответствуют действительности, ибо комната П. страдала такими дефектами, которые исключали для С. возможность проживания в ней. По иску С. суд признал обменное соглашение недействительным, как заключенное под влиянием обмана.
Заблуждение сходно в некоторых чертах с обманом, так как и в этом случае сделка совершается вследствие неправильного представления о моментах, имеющих значение для ее совершения. Следовательно, и при заблуждении недействительность сделки обусловливается не отсутствием воли и не противоречием между ней и волеизъявлением, а ненормальным процессом формирования воли, направленной на совершение сделки. Но в то же время между обманом и заблуждением в сделке имеется весьма существенное различие.
