2) Право и законодательство. Право выражается в нормах, а законодательство в статьях законодательных актов. Первое образует форму права, второе – форму законодательства. Но эти формы не безразличны друг для друга, они взаимосвязаны. Как известно, норма права состоит из гипотезы, диспозиции и санкции. В законе это триединство может быть расположено в одной, двух или трех статьях. Бывает и так, что одна статья закона формулирует несколько юридических норм. Это означает, что нормы, будучи формой права, являются содержанием закона. Поэтому различение права и закона, правовой и законодательной систем – это не научная выдумка, а теоретическое отражение различных жизненных процессов.
Соответственно существуют не только отрасли права, но и отрасли законодательства. В отличие от объективности первых, которые наукой лишь устанавливаются, вторые создаются классификаторами (государством, отдельными институтами, учеными), избирающими соответствующие практическим требованиям свой критерий систематизации (например, сфера деятельности: хозяйственное право, транспортное право и др.). В первом случае возможна кодификация (с общей и особенной частью в каждом кодексе), а во втором – издание сборников (жилищное законодательство, авиазаконодательство и другие без общей и особенной частей).
3) Субинституты, институты, отрасли права. Группировка юридических норм осуществлена по вертикали. Если собрать воедино все нормы, регулирующие единичные отношения (например, розничную куплю-продажу), появится субинститут, а при соединении всех норм данного вида (например, купля-продажа) образуется институт. Совокупность всех институтов определенного рода (например, право собственности, обязательство и др.) представляет отрасль права (в приведенном примере – гражданское право), а соединенные воедино все отрасли права являются системой права. Во всех этих случаях происходит переход количества в качество через скачок, а каждое новое качество обладает своей внутренней определенностью.
Институт отрицает субинститут, а отрасль воспроизводит все институты в виде определенной системы. Это означает, что переход количества в качество дополняется отрицанием отрицания с воспроизводством старого качества в новом виде.
4) Правоотношение. Оно соединяет по меньшей мере двух субъектов, выполняющих противоположные функции: один из них управомоченный, другой – обязанный. Если каждый участник правоотношения обладает правами и обязанностями, то они противоположны обязанностям и правам другого участника. Следовательно, правоотношение – это единство противоположностей. Оно дополняется борьбой, когда возникший спор между его участниками разрешается соответственно уголовным, гражданским или административным процессуальным правом. Разрешение спора означает либо окончание правоотношения, либо восстановление его единства вслед за отпадением борьбы противоположностей.
5) Отчужденность и взаимодействие. Применение правовой нормы предопределяет ее отдельные положения, но ее содержание изменяется, если изучено взаимодействие данной нормы с взаимосвязанной нормой. И то, и другое необходимо иметь в виду в процессе практического применения юридических норм правоприменительным органом.
6) Причинение вреда источником повышенной опасности. Оно влечет ответственность не только за вину, но и за случай. К примеру, автомашина – источник повышенной опасности в состоянии движения и перестает им быть в состоянии покоя. В первом случае вина ответственности не требует, а во втором она необходима.
7) Видыпричинной связи. Многие исследователи различают необходимую и случайную причинную связь между противоправным поведением и вредоносным результатом. По их мнению, только в первом случае наступает ответственность за результаты, а во втором случае она исключается. Но необходимость (закономерность) почти нигде не заключается в поведении нарушителя. Смерть закономерна, а смерть от убийства или болезни случайна. Необходима поэтому иная трактовка причины как условия ответственности. Неправомерное поведение может вызвать действительность результата или его конкретную возможность. Эта причинность достаточна для ответственности. Если же поведение создало лишь абстрактную возможность, ответственность не наступает. Сравним посылку в ночное время через железнодорожную колею человека, попавшего под поезд или убитого бандитом. В первом случае налицо причинность, достаточная для ответственности за убийство, а во втором – ее нет.
Перечисленные проблемы, определенные в общем виде, могут составить план книги о методологии права. Если хватит времени, я сам ее напишу. Если нет, пусть напишет любой согласный со мной ученый.
<p>Заключение</p>
