Отношения между аспирантом и руководителем существуют в продолжение длительного времени, но не менее трех лет. Они строятся как сугубо персональные (если не считать отчетов в ученом совете) и потому в значительной степени носят личный характер. Однако эти отношения включают также официальный (служебный) элемент, имеющий большое значение. Об этом не должны забывать ни аспирант, ни руководитель. Иногда слишком услужливыми оказываются аспиранты, и бывают случаи, когда услуги выполняются по «просьбе» руководителя. Это расхолаживает аспиранта и сказывается на мере требовательности руководителя в границах его официальных функций. Поэтому руководитель должен пресекать услужливость аспиранта в подобных его побуждениях.
Особенно важно не допускать со стороны руководителя обращения к аспиранту с непедагогическими советами и указаниями.
Один весьма почтенный ученый, облюбовавший студента как будущего аспиранта, строил с ним отношения на двух началах: оценка superlativus («вы затмите всех их») и странное указание («сделайте так, чтобы они вас боялись»). Студент, ставший потом аспирантом, воспринял оба начала всерьез, иеслиунегоибыли какие-то задатки, загубил их начисто.
Ученый ошибся со своим superlativus. «Талантливая посредственность», – говорили об этом аспиранте те, кто знал и раскусил его. Но не является ли внутренне противоречивым сам этот эпитет? Как рассказывают, после несомненно хорошего доклада его сверстника и потому конкурента он выступил в прениях, сказав: «Я от него ожидал большего». Разве это не талантливо? Оскорбление в форме комплимента! Но это ведь и посредственность. В отличие от нее талант следует иному принципу – не считать успехи другого своим личным поражением.
Умер Юрий Григорьевич Басин. Ушел, оставив после себя ничем не восполнимое зияющее пространство. Эта кончина отразится на правовой науке и юридическом образовании, единстве ученых в области права, которое он всегда заботливо поддерживал. Какой вид его деятельности ни рассматривать, если им занимался Юрий Григорьевич, он оставлял после себя неизгладимый след.
В науку пришел молодой человек, занявшийся исследованием капитального строительства и договора подряда, соединив в своей работе правовые и чисто строительные познания, и сразу же эта проблема приобрела никогда ранее ей не сопутствующую простоту и доходчивость, хотя она заполнена определениями и анализом одной из наиболее сложных юридических проблем.
Его самым выдающимся вкладом в цивилистику было исследование жилищных правоотношений, за что он был удостоен ученой степени доктора юридических наук.
Крупнейшим достижением в смысле логического формирования общеправовых понятий явилась статья Ю. Г. Басина о праве собственности как явлении, охватывающем не только имущественные, но и чисто личные отношения. Ю. Г. Басин практически первым поставил вопрос о понятии права интеллектуальной собственности и предложил свое мнение, не устраняясь от трудностей, а, наоборот, наращивая их.
Его небольшая брошюра об ответственности в гражданском праве обладает своими систематизациями и достойно служит многостороннему исследованию соответствующего института. Автором найдены такие специальные признаки санкций, которые позволили взглянуть на них как на многообразие единых однородных категорий.
Публикации последних лет, в частности в выпусках сборника «Гражданское законодательство: Статьи. Комментарии. Практика», по вопросам гражданско-правовой ответственности, правового статуса юридических лиц, объектов гражданских прав и других отличаются и глубоким содержанием, и ясным языком.
Он широко известен своими организаторскими способностями как декан юридического факультета Казахского государственного университета и заведующий кафедрой гражданского права в том же университете.
Для меня этот человек незабываем как мой родной, самый близкий друг. В подобных отношениях я не состоял ни с кем другим и не могу найти успокоения от свалившегося горя. Моя жена и я были близки с его неразлучным товарищем Инной Петровной. Держать с ней связь и поддерживать – такова наша семейная задача.
Время будет течь. Горесть смерти уйдет в прошлое. Память о Юрии Григорьевиче останется навсегда.
Я проработал на юридическом факультете ЛГУ с 1947 по 1979 г. В конце этого года отношение ко мне резко изменилось. Я потерял преподавание, исследование, печатанье и даже общение. Все мои попытки восстановить положение ни к чему не привели. Оставался один выход – уехать. 17 июня 1981 г. я был в США.
