— Когда будете меня хоронить, пожалуйста, выбейте эту фразу, как эпитафию, — театрально вздохнул я, вызвав у Аин усмешку. — Только скажи, что я умру не зря. Ты ведь нашла, что искала?
— Да, нашла, — задумчиво ответила Аин, — но у этой провидицы в голове такая путаница. У неё есть два очень похожих воспоминания, которые могут быть тем самым пророчеством, но оба они так размыты. И я никак не могу понять, почему их два…
— Оригинал и резервная копия? — пожал плечами я.
— Оригинал и копия, — повторила она всё тем же задумчивым тоном. — Ладно. Ты сделал всё, что мог, а теперь побудь хорошим мальчиком и не создавай вокруг себя катастроф хотя бы минут пятнадцать. Я всё же должна разобраться в том, что я отыскала в мыслях провидицы.
Я молча кивнул. Более того, я бы с удовольствием не создавал вокруг себя катастрофы не то, что пятнадцать минут, а хотя бы пару лет, но это не от меня зависит. Почти всегда.
Пока Аин пыталась разобраться в том, что видела, мне не оставалось делать ничего другого, кроме как наблюдать за ней. А зрелище было занятное. Аин сидела с закрытыми глазами, но с крайне сосредоточенным видом. Глаза её двигались под веками, словно она видела сквозь них, причём то, что она видела, ей совсем не нравилось.
Единственное, что радовало в сложившейся ситуации — рефренантем. Как ни странно, к этой штуке пока не было никаких претензий, скорее уж наоборот. Так что вскоре я начал ощущать себя живым существом настолько, насколько это вообще можно было сделать в этом депрессивном замке.
И когда я уже было уверился в том, что будущее не так уж и тревожно, Аин резко раскрыла глаза. По тому взгляду, который она бросила на меня, можно было легко понять, что я поспешил с выводами.
— Всё очень плохо? — осторожно спросил я.
Аин медленно кивнула, опустив пустой взгляд в пол. На пару мгновений она замерла, словно заледенев. В подобном состоянии её было лучше не трогать, ни при каких обстоятельствах. Кажется, она даже не дышала, просто смотрела в одну точку в полу, пока я медленно сходил с ума от волнения.
А потом она резко дёрнула головой и вскочила с подоконника. Ещё через мгновение её пальцы впились в мою руку, и Аин потащила меня чёрт пойми куда, совершенно наплевав на то, что мне было больно идти так быстро, как ей хотелось.
***
По пути до комнаты леди Айрен Фрея успела несколько раз сгореть от стыда и возродить себя из пепла мыслями о том, что она делает это на благо страны, а может, и всего мира. Хотя, конечно, столь наглое вторжение в чьё-то личное пространство, казалось ей далеко не самым благородным делом. Но им нужны были хоть какие-то зацепки. Вряд ли леди Айрен расписывает свои злодейские планы в дневнике на добрый десяток страниц, а потом кладёт этот дневник на самое видное место, но тем не менее, в комнате действительно может что-то найтись. По крайней мере Фрея на это очень надеялась.
Остановившись у двери она замерла, прислушиваясь. На мгновение ей показалось, что в коридоре ещё кто-то есть. Ощущение чьего-то взгляда преследовало Фрею с самого появления в замке, но в этот раз всё было немного иначе. Раньше казалось, что невидимый наблюдатель ходит где-то около, но не так, чтобы очень близко, лишь время от времени переводя на тебя взгляд. Но сейчас этот кто-то вдруг посмотрел прямо на неё.
Это было глупо и очень по-детски, но Фрее вдруг вспомнилось, как она поначалу боялась наступления ночи в Сторградском замке. Тогда ей казалось, что когда засыпают все обитатели замка, где-то там, далеко внизу, в подвалах или даже ниже, в самой скале, на которой стоит замок, просыпается нечто иное, неизвестное, страшное. То, что бродило по коридорам Рейнгардского замка, напоминало ей то чудовище, что обитало в Сторградском. Правда вот «чудовище» было лишь плодом её детского воображения. Наверное, было.
Отогнав эти мысли и уверившись, что кроме неё в коридоре больше никого нет, Фрея вытащила из кармана небольшой листок бумаги. Тонкая, неровно вырванная, абсолютно белая с обеих сторон полоска, которую Фрея успела ещё и помять, несмотря на всю свою невзрачность, была ключом. Точнее, зачарованной отмычкой. Заклинание, отпирающее замки — не магические, конечно — было достаточно простеньким, и его можно было перенести на любой предмет. Аин под руку попалась какая-то бумажка. Попалась бы ей, например, склянка из-под лекарства, Фрея бы открывала замки ею.
Поднеся бумажку к замку, она ещё раз огляделась и чуть не вздрогнула, услышав тихий щелчок, с которым открылась дверь.
«Да уж, храбрый рыцарь, — мысленно усмехнулась Фрея, — с моркетскими тварями ты, значит, можешь сражаться, а войти в чужую комнату — нет?»
От невольного воспоминания о моркетских тварях на душе сделалось совсем противно. Ведь в прошлом сражении от неё было больше вреда, чем пользы. Стоило сделать что-то действительно полезное хотя бы сейчас. Хоть как-то загладить вину.
