В этот момент недалеко от нас прошло существо, лицо которого действительно крайне напоминало морду ящерицы. Я тут же поспешил увести Фрею на другую сторону улицы. Не хотелось бы прослыть главным расистом. Я ведь даже не со зла.
— Да не похожи они на ящериц, — Фрея попыталась посмотреть на меня с осуждением, но одновременно она всеми силами старалась не рассмеяться, так что у неё не толком не вышло ни того, ни другого, — и род свой они ведут не от драконов, а от огненных духов. На самом деле, ты похож на жителя Драконьих островов, цветом волос так точно, характером отчасти. Разве что кожа слишком бледная.
Не «слишком бледная кожа», а аристократическая белизна жителя города, в котором солнце светит один раз в полгода и то сквозь перистые облака. К тому же за долгие и унылые годы жизни на севере я совершенно отвык от солнца, так что теперь прячусь от него по теням.
Мы продолжили идти сквозь разномастную толпу. И будто в подтверждение слов Фреи мне на глаза попадались всё более и более удивительные существа. Эльфы, белокожие и златовласые, и смуглокожие и светловолосые, похожие на Аин и Анса разжигали всё новые костры или оживляли огонь в старых, нараспев читая какое-то заклинание. Группа гномов прошествовала мимо нас, расталкивая толпу и ворча, недовольно и весело одновременно. Попадались мне на глаза и существа, названий которых я не знал — одни были с синеватой кожей и разноцветными глазами, другие напоминали животных, третьи носили на голове рога витые и толстые, прямые и острые или ветвистые, точно у оленей.
— Выглядишь, как деревенский мальчишка, впервые увидевший ярмарку, — усмехнулась Фрея.
Я посмотрел на неё, ожидая увидеть в глазах ту же насмешливость, что и в тоне, но увидел нечто совсем иное. Похоже, моя реакция казалась Фрее милой.
Ну отлично, я для неё теперь точно дитя неразумное.
— Не обижайся, просто иногда, глядя на тебя, я вспоминаю себя прошлую, — почему-то Фрея произнесла это так, как если бы говорила о каком-то бесконечно родном, но бесконечно далёком человеке.
Это ощущение тоски по самому себе из прошлого скользнуло по моей душе и унеслось вверх вместе с порывом ветра, принесшим откуда-то запах полыни и протяжную песню флейты.
— Смотри-ка, — протянула Фрея, глядя куда-то в сторону, — скоро самое интересное начнётся.
Я так и не успел понять, куда мне нужно смотреть и что сейчас начнётся, ведь Фрея схватила меня за рукав и куда-то потащила, лавируя между группами таких же празднующих. Вскоре я сообразил, что меня ведут к мосту, и что большая часть народа тоже тянется туда. Но мы остановились даже не дойдя до реки у одного из костров. Фрея подошла к нему почти вплотную и вдруг ни с того ни с сего сунула руку прямо в огонь.
Некий невнятный возглас так и застыл у меня в горле. Пока я давился словами вперемешку с собственным удивлением, Фрея зачерпнула красно-оранжевые языки пламени, как если бы они были густым туманом, и передала мне. Я взял их машинально и безропотно, даже не подумав, что вообще делаю.
Огонь не жёг. Он растекался мягким теплом по ладони, слегка покалывая кожу. Почему-то этот огонёк казался мне почти родным, как если бы я сам только что его создал.
— Это необычный огонь, — Фрея теперь держала в руке такой же огонёк, и в её глазах плясали медные и золотые блики, делая их похожими на рассветное небо, — он почти полностью создан из светлой энергии и зачарован так, чтобы не обжигать.
— И что с ним нужно делать? — спросил я, на пробу перекинув огонёк из одной руки в другую. Пламя колыхнулось, но не погасло.
— Позже объясню, для начала нам нужна смотровая площадка.
Что она имеет ввиду под «смотровой площадкой» я понял уже пару минут спустя, когда мы, пройдя по набережной, свернули вглубь улицы и оказались на заднем дворе какого-то магазинчика. Фрея указала на узкую, приставленную к стене лестницу, ведущую на крышу.
— Нам нужно наверх, — сказала она, стоя уже на первой ступеньке.
— Мы разве не нарушаем частную собственность? — с притворной неуверенностью спросил я.
— Разве что совсем чуть-чуть, — пожала плечами Фрея прежде, чем взлететь по лестнице вверх.
На крышу она действительно вспорхнула, как птичка. Раз — и она уже смотрит на меня сверху, освещённая красно-оранжевым огоньком, словно маяк на вершине высокой скалы.
Как она сумела взобраться так быстро в платье, да ещё и держа в одной руке огонь — навсегда останется для меня загадкой. Потому что когда я полез вверх, тут же понял, что это вообще не просто. С одной-то рукой. Благо, хоть здание было невысокое.
— Давай помогу, — Фрея протянула мне руку.
Я немного поколебался, ровно столько, сколько нужно было на то, чтобы заткнуть гордость, орущую, что я сам справляюсь. Ну то есть не больше пары секунд. И отдал свой огонёк Фрее. С двумя свободными руками дело пошло гораздо быстрее, так что вскоре мы уже сидели на гребне двускатной крыши и смотрели на реку и мост, мерцавший разноцветными огоньками.
— Так что всё-таки с ним делать? — я снова перебросил свой огонёк из одной руки в другую, пламя недовольно заколыхалось.
