– Вы знаете, я Вас часто вспоминала – сказала Наташа – и тут – статья в газете. Наверное, если б мне эта газета в руки не попалась, я бы Вас не нашла. Видно, Сам Бог нас зачем-то свел! Наверное, чтобы я смогла Вас поблагодарить. Спасибо Вам еще раз огромное!
– В следующий раз будьте внимательнее! – наконец преодолел смущение изгнанник.
– Конечно! Вот я растяпа! А Вы знаете, я после этого случая в Бога и уверовала и в храм стала ходить. Сына вот вожу. До сих пор помню, как та машина прямо возле Вас остановилась. Уму не постижимо! И икона прямо на Вас смотрела. Как Вы, наверное, тогда перепугались! Это же надо такое пережить! Дай Вам Бог здоровья!
– Спасибо! – Вадим снова невольно смутился.
А Вы давно при храме работаете?
– Да тоже с того самого момента. Я тоже тогда в Бога уверовал, Вы знаете, и в этот же день сюда пришел. Отец Роман через неделю меня и взял на работу.
Наташа, видимо что-то вспомнив, сочувственно посмотрела на Вадима.
– Все у Вас хорошо будет в жизни – доброжелательно улыбнувшись, пообещала она – Вы очень хороший человек, и Бог Вам обязательно поможет.
– Надеюсь – тоже улыбнулся изгнанник.
– Вы пойдете на службу?
– Да. Только сначала снег дочищу.
Наташа чуть помолчала, глядя с уважением на своего собеседника и вдруг внезапно выпалила:
– А давайте с Вами встретимся после службы?
– Давайте – снова сконфузился Вадим.
– Ну тогда до встречи!
Наташа снова широко улыбнулась и, взяв за руку малыша, пошла к храму.
– Какая классная девушка! – подумал изгнанник, глядя ей в след.
Остановившись возле входа в церковь, красавица перекрестила ребенка и, перекрестившись сама, вместе с малышом исчезла за дверью.
Вадим не скоро взял в руки лопату. Он еще долго смотрел на двери храма, за которыми скрылась его новая знакомая.
– Кажется она меня околдовала – весело подумал он – красавица! Эх, не был бы я бомжом!
В храме у отца Романа был порядок, который редко встречается в наше время – мужчины стояли с одной стороны, женщины – с другой. Был воскресный день.
Изгнанник с нетерпением ждал конца литургии. Все его мысли были только о его новой знакомой. С Наташей, похоже, творилось тоже самое – она всю службу думала только о Вадиме. За время литургии они периодически обменивались дружескими улыбками. Наконец, после целования креста Царские Врата закрыли. Служба закончилась. Народ стал выходить из церкви.
Выйдя на улицу, изгнанник стоял возле дверей храма с большим нетерпением ожидая Наталью. Он сильно нервничал понапрасну, но вскоре, ведя за руку Павлика, красавица вышла из церкви и, улыбаясь, подошла к Вадиму.
– Я хочу пригласить Вас к себе домой пообедать – чуть смутившись сказала она – моя мама готовит очень вкусный борщ.
– Ну, не знаю… не удобно как-то – растерялся изгнанник.
– Нет, идемте! – настояла Наталья.
Вадиму пришлось согласиться. В этот день у него был выходной. В обязанности входило только чистить снег, но с работой изгнанник справился еще до литургии.
Погода стояла прекрасная. При полном отсутствии ветра, не смотря на легкий морозец, зимнее февральское солнце по-зимнему согревало своими лучами.
Вадим и Наташа решили пойти пешком. Дорогой они, сами того не заметив, перешли на «ты». Спутница изгнанника весь путь весело болтала о разных пустяках, но Вадима это нисколько не раздражало, и даже наоборот – забавляло. Ему очень нравился Наташин голос. Долгое время обделенный женским вниманием, он теперь с большим наслаждением шагал рядом с этой, внезапно появившейся в его жизни, красавицей, внимательно и с интересом слушая ее весьма неглупую болтовню.
Наташа жила на улице Мясницкая, той самой улице, по которой так любил гулять покойный Капитан. На ней же изгнанник спас Павлика, и, проходя мимо «знакомого» светофора, его спутница снова с огромным уважением посмотрела на Вадима.
– Это было здесь! – чуть грустно улыбнулась она, на секунду остановившись.
Вадим скромно промолчал в ответ.
Ребенок беспечно смотрел по сторонам. По всей видимости он ничего не помнил.
– Мама, познакомься, это – Вадим – сказала Наташа, когда привела изгнанника домой – это он вытащил Павлика из-под колес машины.
– Здравствуйте, Вадим! Какой Вы молодец! – мама Натальи приветливо улыбнулась и, протянув по-мужски руку, представилась – Татьяна Викторовна. Вы раздевайтесь, проходите к столу. Я как раз обед приготовила.
Татьяна Викторовна была достаточно привлекательной дамой пятидесяти пяти лет – стройная, высокая, с большим пучком светлых кучерявых волос на макушке, в синем домашнем халате.
Изгнанник играл с ребенком, пока Наташа и ее мама накрывали на стол. Павлик был заметно уставший после Божественной литургии и последующей после нее прогулки, но при этом, как ни странно, необычайно приветлив и совсем не боялся Вадима. Вскоре его уложили спать.
– Я хочу выпить за настоящих мужчин! – торжественно произнесла Наташа, поднимая бокал – За тебя, Вадим! Если б не ты, случилось бы такое непоправимое горе!..
– Ну, не стоит! – в который раз за этот день засмущался изгнанник, чокаясь с женщинами.
