— Хватит воровать вещи!
Габриэль спустил ноги с кровати. Змей неуклюже, но уверенно тащил в кучу украденную из лекарни маленькую кишечную промывальню с ярким детским рисунком на резиновой насадке. Значит, Габриэль не ошибся, и змей побывал в отделении для младенцев. Габриэль схватил змеёныша за хвост и потянул. Змей издал писк, и Габриэль отвоевал промывальню. Судя по виду, до встречи со змеем она была использованная и утилизирована.
В этот момент открылась дверь. Змей каким-то невероятным образом успел выскользнуть из рук и спрятаться в ванной. Габриэль остался сидеть с отвоёванной промывальней в руках. Раймон, собиравшийся что-то сказать, остановился в дверях с приоткрытым ртом и рукой, замершей в воздухе в неопределённом жесте.
— Я… — опережая отца, начал оправдываться Габриэль, с каждой секундой понимая: что бы он ни сказал, это будет звучать нелепо. — Чей-то ребенок сунул мне в сумку. Я не заметил.
Раймон потёр переносицу, пытаясь сформулировать вопрос, а так же вспомнить, зачем он пришёл, обещая себе, что больше не будет входить в комнату сына без стука. Поморгал, всё ещё пытаясь вспомнить, зачем он пришёл. Посмотрел на кучу мусора, сморщил нос, сказал, что зайдёт потом, когда вспомнит, и вышел.
— Отвратительно! — с криком Габриэль швырнул промывальню в угол и умчался мыть руки.
В ванной он наступил змею на хвост, змей заверещал. Габриэль испугался и заверещал тоже. Испуганный змей улетел под кровать. Габриэль шёпотом выругался.
***
Примерно через полчаса пришла Тина с обедом. Змей, заслышав её шаги, спрятался под кроватью. Тина поставила обед на тумбочку.
— Что сказал лекарь?
Тина врать не умела.
— Тебе нужны витамины.
— Ты знаешь, о ком я спросил.
Тина села на кровать как обречённая на смерть пленница.
— Ему нельзя работать. С такими темпами… ещё пару лет.
— А потом? — Габриэль сделал вид, что не понял. И заставил себя в это верить. Он знал, что значило это «потом», но надеялся услышать всё, кроме правды.
— На обед курица.
— А потом? — Габриэль выпрямился, чтобы в зеркальной черноте глаз отразилось её растерянное лицо. Тина безвольно положила руки на колени. Зачем-то поправила фартук.
— Не могу же я насильно вытащить его из лаборатории.
— Можешь! — Габриэль на секунду представил, как Тина с боевыми воплями тащит Раймона за косу, подстегивая его мокрой тряпкой, а Раймон упирается, хватается стены, вопит и рвётся к колбам.
— Если он перестанет делать то, что делает, Белый Шум кончится, и нас захватят твари.
Габриэль скривился, вспомнив, что недавно он говорил те же слова жрецам. И сейчас он внезапно почувствовала себя на месте одного из них.
— Есть и другие алхимики.
Ледяная скорлупа, что возникла на нём, сверкнула инеем, а осколками впилась в рёбра.
— Твой отец лучший. Только он знает, как усовершенствовать формулу. Как правильно изготовить состав. У других алхимиков состав он не даёт такого результата.
— В таком случае, кто будет заниматься этим через пару лет?
— Задай этот вопрос отцу.
— Он не ответит.
Они помолчали. Тина мяла фартук. Габриэль отвёл взгляд от её рук — он не мог видеть, как сверкает её кольцо.
— В его тайных разработках… устройство, которое сразит наповал, — сказала Тина. — Он заготовит его достаточно, осталось немного доработать. И тогда не будут нужны другие алхимики. Он говорил, что… успеет. Я не должна была тебе этого говорить, — она замолкла и стала промакать глаза подолом фартука.
Габриэль отвернулся, сделав вид, что ничего не заметил. Тина немного успокоилась и сказала своим обычным голосом:
— Слышала, ты хотел взять в библиотеке книжку о фамильярах, — она вынула из скрытого кармана на груди книжку. — Вот. Твой папа предложил зайти в библиотеку по пути в лекарню. Хотел тебя порадовать. Ему сказали, это лучшая книга.
Книга была небольшая, потрёпанная. Без иллюстраций. Однотонная, тёмно-зелёная со вдавленным золотым шрифтом. Обложка своей строгостью намекала, что это не развлекательная литература.
— Почему он не передал сам?
— Он заходил к тебе. И, видно, забыл.
С кислой улыбкой Габриэль покосился на лежащую в углу промывальню.
— Он придёт?
— Он в лаборатории. Я не знаю.
Тина положила книгу на кровать и вышла. Прикоснувшись к обложке, Габриэль почувствовал себя на пороге великого открытия.
«Фамильяр — дух-помощник волшебника. Каждый фамильяр выполняет определённую функцию. Духи-коты оберегают волшебника от магического воздействия. Духи-вороны помогают взаимодействовать с потусторонним миром. Духи-псы сопровождают хозяина в астральные миры и помогают защитить его от агрессивных сущностей».
Габриэль устроился на подоконнике между рамой и горшком герани. Змей шуршал фантиками в углу. Сперва Габриэль намеревался их выбросить, но змей принял боевую стойку, а когда Габриэль попытался коснуться его барахла, змей его укусил. Не до крови, но ощутимо. От неожиданности Габриэль отпрянул, но больше прикасаться к мусорной куче (которая за полдня успела вырасти вдвое) не решился.
