Этими словами он будто заколдовал мальчиков, и время остановилось. Даже дым, циркулирующий внутри кабинки, замер, превратившись в ватные комья. Так продолжалось до тех пор, пока в тишине не раздался расколдовывающий свист главаря. За свистом последовал вопрос:
— Зачем?
С самокруткой в зубах Габриэль сел на один из табачных ящиков и закинул ногу на ногу. В киоске было вполне уютно. Глаза привыкли к полумраку, и Габриэль разглядел шахматную доску с незавершённой партией, стаканчик кофе, мандариновые кожурки и несколько пустых бутылок из-под алкоголя. На полках лежали баночки с табаком разного сорта, на потолке качалась самодельная гирлянда, сделанная из сигарет, роль стола и стульев исполняли деревянные ящики.
— Как ты узнала об амулете, принцесса? — спросил главарь.
Он снял капюшон и вынырнул из темноты. Габриэль поразился, увидев его бритый налысо череп. Обычно, налысо брили тех, кто совершал дурные, но не опасные поступки перед лицом общественности: недобросовестных торговцев, обсчитывающие покупателей, купцов, продающих фальшивые драгоценности и шарлатанов, выдающих себя за знахарей. Лысина была чем-то вроде клейма позора. Но этот подросток не стыдился своей лысины. Он выглядел очень уверенным, его лысина выступала как протест традиционным стандартам.
— Не твоё дело, — сказал Габриэль.
Его слова снова повергли в молчание, но не околдовали, как в первый раз. Мальчики думали, а дым плыл сквозь табачные ящики.
— Он же Манриоль, — произнёс ещё один голос. Он показался Габриэлю знакомым. Габриэлю показалось, что он уже говорил с этим человеком в башне. — Шпионит за нами, чтобы доложить папаше.
— Как ты узнала о нас? — спросил безволосый главарь.
Габриэль стряхнул с самокрутки пепел прямо на пол — больше курить он не решался, слишком дурно влияла на него эта смесь. Да и дым от этой странной сигареты был уж очень едким — от него слезились глаза.
— Вы проводники, — сказал Габриэль, — я в курсе, что Кобра отправляет своих лучших учеников в особые места для дежурств, чтобы те сопровождали новичков в башню и внушали им слова клятвы. Я знаю о ваших подпольных связях и тайных шифрах. Как знают шпионы моего отца.
— Вот гад! — мальчик, чей голос Габриэль узнал, сорвался с места и прыгнул на Габриэля.
Габриэль ударился затылком и увидел, как яростно в полумраке блеснули золотистого цвета глаза. Этого мальчика Габриэль точно видел. Он проводил Габриэля до уборной и поскользнулся на луже испорченного киселя.
— Август, остынь!
— Шпион! — он лупил Габриэля, но из-за темноты, а может, по какой-то другой причине, часто промахивался, ударяя по лежащему рядом с Габриэлем мешку с табаком.
Габриэль быстро затянулся самокруткой, (вернее, просто набрал в рот дыма) и выдохнул ему в лицо. Мальчик раскашлялся, потерял ориентир, стукнулся лбом об полку, и на них посыпались сигареты. Ещё немного постояв и потерев ушибленный лоб, он полез обратно в свой угол, кашляя и спотыкаясь о хлам и углы ящиков.
— Успокойся, брат, если что, мы её хлопнем, принцесса не успеет позвать папочку, — мягким голосом произнёс главарь.
Мальчик ничего не ответил. Габриэль услышал знакомый с детства звук — характерное пыхание ингалятора. Габриэль узнал бы этот звук из тысячи, это был чуть ли ни первый звук в его жизни, который он слышал.
— Я знаю, что вы распоряжаетесь амулетами для черных магов, которым по какой-то причине нужно быть в городе, — спокойно продолжал Габриэль. — Эти амулеты снижают влияние на них устройства моего отца. Мне нужен амулет. Разумеется, не бесплатно.
— Деньги мы не берём.
— У меня есть кое-что интереснее.
— Он хочет… принести этот амулет папаше… — голос желтоглазаго мальчика прерывался кашлем. — Чтобы тот изучил его и создал… Белый Шум нового… кха-кха… уровня…
— Умная принцесса, — хмыкнул главарь. — Выполняешь поручения папочки?
— Расскажу, зачем мне амулет, когда увидимся в башне. А пока вам не обязательно знать. Как и отцу.
Совсем измучавшись кашлем, желтоглазый встал и направился к Габриэлю. В какой-то момент Габриэлю показалось, что он снова набросится, но желтоглазый, кашляя, вышел на воздух. Габриэль выронил самокрутку, потому что она вдруг обожгла ему пальцы. Тут же придавил её носом башмака.
— Докажи, что ты правда собрался в башню, — сказал мальчик, сидящий по правую сторону от главаря. Когда он вынырнул из полумрака, Габриэль успел разглядеть его курчавые рыжие волосы и круглый картофельный нос. Кажется, его Габриэль тоже видел в Башне.
Габриэль произнёс слова клятвы ученика на незнакомом ему языке древней магии. Слова этой клятвы сказал ему Сэликен, когда Габриэль впервые оказался в башне. Их и вправду было невозможно забыть. Всё это время они терзали его ум и просились наружу. Габриэль даже почувствовал себя легче, когда сказал их вслух.
Когда он замолчал, подростки переглянулись и одновременно выдохнули дым друг другу в лица.
