Член РВС 9-й армии И.И. Ходоровский вспоминал о своем прибытии в армию в начале апреля 1919 г.: «Когда я в начале апреля прибыл в IX армию, я пришел в ужас от того, что я там увидел. Лазареты, госпитали, бараки, полуразрушенные станционные строения, — все это было переполнено больными сыпняком. В дивизии, насчитывавшей 6 полков (а если дивизии 3-хбригадной, то 9 полков), имелся один, в лучшем случае 2 врача. Полковые околотки обслуживались санитарами из красноармейцев: не было не только врачей, но даже фельдшеров и сестер милосердия. При объезде полков я интересовался, имеются ли в полках медикаменты, и всюду встречал одну и ту же картину: медикаментов нет, для перевязок употребляются бинты, бывшие в употреблении много раз. Белья также не было»[1036].
В конце апреля — начале мая 1919 г. 9-я армия предприняла попытку перехода в наступление, закончившуюся неудачей и отходом на прежние позиции. Бои по-прежнему шли на Донце. По данным А. И. Егорова, в результате упорных боев выбыл из строя командный состав до командиров рот включительно, а некоторые полки насчитывали лишь по 120 штыков[1037]. В это же время части 10-й советской армии форсировали реку Маныч, создав угрозу Ставропольской губернии и подойдя 6 мая на 40 километров к Ростову. Действия 10-й армии привлекли к себе значительные силы белых и облегчили положение 9-й армии. Однако к этому времени уже начался перелом на фронте. Части ВСЮР перешли в ответное наступление с утра 4 мая против 10-й армии. Начавшиеся успехи воодушевили донское казачество, активно участвовавшее в разгроме 8-й советской армии[1038]. В первые сутки наступления белые взяли Луганск, где находился патронный завод. Дальнейшее наступление белых развивалось в нескольких направлениях: на Царицын, на Воронеж и вглубь Украины. В Каменноугольном бассейне части Добровольческой армии вели активную оборону.
Еще 8 апреля командующий Южным фронтом приказал откомандировать Всеволодова в распоряжение штаба фронта, а начальником штаба назначить Карепова[1039].
20 апреля 1919 г. на посту начальника штаба армии Всеволодов был временно заменен начальником административного отдела штаба армии И.И. Гарькавым. В дальнейшем начальники армейского штаба менялись как в калейдоскопе — только в мае-июне 1919 г. на этой должности успело побывать пять человек: И.И. Гарькавый, Н.Н. Карепов (временно исполняющий должность, вскоре перешел на сторону белых), В.Ф. Тарасов (временно исполняющий должность, позднее также перешел к белым), Э.И. Захаревич и В.И. Преображенский[1040], причем временно исполнявшие должность Гарькавый (офицер военного времени) и Захаревич (кадровый офицер) генштабистами не были и своему назначению не соответствовали, но занимали столь ответственный пост, очевидно, в связи с острой нехваткой более квалифицированных кадров.
К началу мая боевой состав 9-й армии (14, 16 и 23-я дивизии) насчитывал 11 006 штыков и 2602 сабли, или 13 608 бойцов, тогда как у белых перед фронтом армии, по советским данным, имелась 21 910 бойцов[1041]. Эти силы были сильнейшим образом растянуты на 170-километровом фронте вдоль Северского Донца[1042]. Особенно сильным было превосходство белых в коннице (в четыре с лишним раза больше, чем у красных). Красным остро не хватало подготовленного командного состава. В течение месяца численность 9-й армии значительно сократилась, в том числе из-за эпидемии сыпного тифа.
Бои теперь велись за удержание линии реки Северский Донец. Пополнений армия практически не получала и буквально истекала кровью. Командарм Княгницкий 9 мая телеграфировал об этом командующему фронтом[1043]. Но, по всей видимости, советское командование невысоко оценивало роль 9-й армии и не считало, что та нуждается в пополнениях. Во всяком случае, главком И.И. Вацетис в своих неопубликованных воспоминаниях отметил, что «весь Южный фронт держался двумя армиями — 8[-й] и 13[-й]», тогда как 9-я армия лишь поддерживала связь между 8-й и 10-й армиями и почти не имела боевого значения[1044]. 11–14 мая белые переправились через Северский Донец на правом фланге 9-й армии, однако развить свой успех не смогли.
Появление на флангах 13-й армии английских танков закрепило успех белых на Южном фронте. Уже 26 мая командующий 13-й армией генштабист А.И. Геккер сообщал фронтовому командованию о невозможности остановить отступление армии. В самой армии шли митинги, красноармейцы арестовывали и даже убивали командиров и комиссаров. Некоторые части самовольно оставляли свои позиции. Так, например, в районе Славянска, арестовав командный состав, фронт оставила целая бригада. Аналогичное донесение затем поступило и от командующего 8-й армией генштабиста В.В. Любимова.
В 13-ю армию для восстановления положения прибыл председатель РВСР Л.Д. Троцкий, пытавшийся наладить дисциплину и порядок.