Ясен пень, для нее не секрет, что про ванну я солгала, но субординацией пренебрегать все же не стоит.
— Все-все, Алина Андреевна, молчу, — девушка делает вид, что закрывает рот на ключик, а затем выбрасывает его. — Но все же не могу не сказать, что я очень за вас рада!
Окинув меня восхищенным взглядом, Ниночка ретируется, а я под влиянием ее восторженных слов подхожу к зеркалу.
Вот это да! А ведь я действительно выгляжу прекрасно. Глаза сияют, волосы блестят. И даже морщинки как будто разгладились. Вот он живительный эффект пробудившейся личной жизни.
Продолжаю с улыбкой рассматривать свое отражение, когда в мой кабинет снова врывается Криничная, моя вездесущая начальница. Как всегда, без стука.
— Алина Андреевна, слышали новость? — она бесцеремонно плюхается на диван и, скинув лодочки, закидывает на него ноги.
Ладно хоть в мое кресло не села. И на том спасибо.
— Нет, какую?
За столько лет я уже привыкла к своеобразной манере общения Марии Ивановны. Поэтому ее импульсивность и перепады настроения не вызывают во мне никаких эмоций.
— Контрольный пакет акций выкупил новый собственник. Дотошный, говорят, как немец. По всем отделам ходит, вынюхивает что-то. Может, нарушения. А, может, уволить кого хочет. Черт знает, что в голове у этого самодура.
— Ну почему сразу уволить? — отзываюсь я. — Может, человек просто оценивает обстановку? Присматривается, так сказать, к новым владениям?
— Угу, присматривается, — Критичная со скепсисом закатывает глаза. — Вы бы слышали, что о нем говорят! Приходит ни свет ни заря, все документы до последней запятой изучает. Въедливый до невозможности! Натуральный деспот! А что, если он и к нам заявится?
— Ну заявится и заявится, — пожимаю плечами. — Мы же свою работу хорошо делаем. Нам краснеть не придется.
— Алина Андреевна, я вас умоляю! Вы как девочка, ей-богу! Неужели не ясно, что при желании докопаться можно даже до столба?
Критичная театрально всплескивает руками, а потом не менее театрально роняет в них лицо. Ломать драму на ровном месте — ее конек.
— Мария Ивановна, вы не переживайте, — действую по давно отработанной схеме. — Уверена, у нового владельца нет цели портить нам жизнь. Походит, попроверяет да и уйдет восвояси.
— Ой, не хотела вам говорить, но, пожалуй, не сдержусь, — начальница заламывает пальцы, а потом выпаливает. — Ходит слух, что Германа Петровича как раз из-за него уволили.
Герман Петрович — старожил нашей компании, который в прошлом месяце по непонятным причинам покинул пост. Заявление он написал, конечно, по собственному, но поговаривали, что тут не все так чисто.
— Да ну?! — распахиваю рот.
Паника Криничной наконец передается и мне. Раз новый собственник попер Германа Петровича, то нам всем может прийтись несладко. Лично я работаю четко по инструкции, но за весь отдел отвечать не могу. Кто знает, как все может обернуться? Лес рубят — щепки летят.
— Вот вам и да ну! — фыркает Мария Ивановна. — Думаете, я просто так воду баламучу?
— И в мыслях такого не было, — как всегда, тактично лавирую я.
— Вот поэтому нам нужно привести отдел в режим боевой готовности! — она многозначительно поднимает вверх указательный палец. — Навести порядок в архивах. Перепроверить работу всех стажеров. А то я их знаю: напортачат, а потом ответственность друг на друга перекладывают.
— Будет сделано, Мария Ивановна.
— Ладно, Алина Андреевна, я на вас рассчитываю, — Критичная просовывает ноги обратно в туфли и поднимается. — И учтите, если что-то пойдет не так, вы отправитесь ко дну со мной.
А вот угроза потери работы и впрямь напрягает. Мне же еще детей поднимать… Интересно, кто такой этот загадочный новый собственник? Он явно не подарок, раз весь офис на уши поставил.
— Извините, — окликаю начальницу в дверях. — А вы не знаете, как зовут этого человека? Ну, который контрольный пакет акций приобрел?
— Рокотов Владислав Михайлович, — со вздохом бросает Криничная, наблюдая за тем, как с моего лица медленно сползает улыбка. — А вам зачем?
— Да так, — блею я, едва помня себя от шока. — Просто…
Глава 34
Начальница покидает мой кабинет, а я все никак не могу подобрать с пола отвисшую челюсть. Сижу и глупо хлопаю ресницами. Рокотов Владислав Михайлович — новый собственник? Ну и дела! Такого поворота событий я совершенно не ожидала!
Нервно покусываю губы и судорожно соображаю, что это значит для наших с ним отношений. Ведь теперь, получается, формально я его подчиненная. А он — мой босс. Я, конечно, понимаю, что наш роман и романом-то можно назвать с большой натяжкой (все-таки у нас было одно-единственное свидание), но все же изрядно волнуюсь. Не хотелось бы обрывать то хорошее, что зародилось между нами, из-за какого-нибудь кодекса корпоративной этики.
Хотя… Если задуматься, это только я не знала об истинном положении дел. А вот сам Рокотов был прекрасно осведомлен, где и кем я работаю. Так что можно надеяться, что наши профессиональные статусы не станут препятствием для второго и последующих свиданий.
