— Нет, Тони, позволь мне договорить, это давно назревало. — Джоуи выставил ладонь, однако его взгляд был прикован к Тедди Линчу. — Хоть ты и настрогал шестерых детей, но ты их точно не воспитывал.
— Джоуи, — забеспокоилась Мэри, — не начинай.
— Можно подумать, ты выполняла свои материнские обязанности, — с упреком рявкнул Джоуи. — Нас с Шаннон растил Даррен. Не ты и уж тем более не он. Даррен воспитывал нас, пока твой муж в буквальном смысле не выпнул его из страны. После чего все заботы о детях легли на меня. Поэтому не хрен сидеть здесь и притворяться, что из меня не выйдет хороший отец, ведь именно этим я занимался с тех пор, как мне стукнуло двенадцать!
Я не пыталась закрыть ему рот. Эти ублюдки заслужили выслушать скопившуюся в их сыне боль. Заслужили выслушать правду.
— Я не он, а Ифа не ты, — бросил Джоуи матери. — А ты, старик, можешь говорить обо мне все, что угодно, — повернулся он к отцу. — Но ты понятия не имеешь, какой я человек.
— Очень даже имею, — упрямо возразил тот. — Ты — это я двадцать четыре года назад.
Такое сравнение ранило Джоуи до глубины души, его ладонь обмякла в моей, и он откинулся на стуле, совершенно раздавленный.
— Неправда, — поспешно заверила я. — Ты совсем на него не похож.
На сей раз речь шла и о внутреннем мире, и о внешности. Долгое время мне казалось, что Джоуи — вылитый отец и, если не присматриваться, их можно запросто перепутать. Но сейчас, в ярком свете кухни, разница между ними отчетливо бросалась в глаза.
Мускулистый, с выпирающим пузом — итог чрезмерных возлияний, но при этом не толстый, Тедди значительно превосходил сына габаритами.
В глазах Джоуи была нежность, какая напрочь отсутствовала у его отца. От матери ему достался нос и высокие скулы. Вместе с сестрой они позаимствовали у Мэри пухлые губы. И отец, и сын были высокими, широкоплечими, загорелыми, со светлой шевелюрой, но вот глаза у них различались: у Тедди Линча карие, бесстрастные, холодные, мертвые, у Джоуи — изумрудно-зеленые, с пылающим в них огнем.
Джоуи и его отец на самом деле были лед и пламень. От матери мой бойфренд почерпнул гораздо больше, чем казалось на первый взгляд.
— Предлагаю всем успокоиться, — примирительно подняла руки мама. — Мы здесь не затем, чтобы обсуждать прошлое. Поворошить его всегда успеем. У нас на повестке дня беременность, потому что чуть меньше чем через полгода у наших детей родится ребенок, наш общий внук.
— Если кто-то за этим столом считает, что я подпущу
— Джоуи, — всхлипнула Мэри, — перестань.
— Поддерживаю, — вклинилась я, дабы в очередной раз напомнить своему парню, что мы — единое целое. — Джоуи абсолютно прав.
— Ифа. — Мама со вздохом покачала головой. — Ты провоцируешь.
Я посмотрела на нее, как бы говоря: «Ну и?»
— Думаешь, мне не насрать? — грубо захохотал Тедди. — Ты мне давно поперек горла, так с чего мне париться из-за твоего потомства?
— Ой, сейчас заплачу, — язвительно протянул Джоуи.
— Ты у меня слезами умоешься, когда я до тебя доберусь.
— Господи Исусе, Тедди! — вспылил папа, проведя рукой по волосам. — Это же твой родной сын.
— А ну-ка все успокоились, — скомандовала мама. — Не надо переходить на личности.
— Мы уже на них давно перешли, — объявил Джоуи, поднимаясь из-за стола. — Простите, Триш, но я не собираюсь сидеть здесь и обсуждать моего ребенка с этими мразями.
— Ты совсем охренел? — Рассвирепевший Тедди вскочил и, обогнув стол, грубо обхватил мясистой ладонью затылок Джоуи. — Быстро сел, пацан, — велел он, вынуждая сына опуститься на место.
Стиснув зубы, Джоуи держал руки по швам, отказываясь прибегать к насилию в моем доме и безропотно позволяя отцу издеваться над собой.
Кошмарное зрелище.
Омерзительное.
— Эй! — Охваченная непреодолимым желанием защитить любимого человека, я вонзила ногти в руку, стискивающую шею моего парня. — Убери от него свои грязные лапы!
— Ифа!
— Не смей даже смотреть в ее сторону! — рявкнул Джоуи, поднимаясь, чтобы заслонить меня от отца, уже приготовившегося ответить.
— Джоуи, — причитала Мэри, — прошу тебя...
— Меня достал этот разговор! — срывающимся голосом обратился к ней Джоуи. — И ты достала. — Он повернулся к моему папе. — Я ухожу не от ответственности, а от обвинения в убийстве. — Судорожно вздохнув, он ласково приподнял мне подбородок своими загрубевшими костяшками. — Ты со мной?
Молниеносно вскочив, я стиснула его ладонь и направилась к двери.
— С тобой, разумеется.
— Погодите, — окликнула нас мама. — Надеюсь, ты не собираешься разгуливать по ночам в своем положении. Отведи Джоуи к себе в комнату, пока мы тут все утрясем.
— К себе в комнату? — проворчал папа. — Ты серьезно, Триш?
— Тони, чего ты боишься? — вздохнула мама. — Что Ифа снова забеременеет? Для начала ей нужно родить первого.
— А ты им не подсказывай!
