— Нет, ты подумай, какая сволочь! Приперся сюда! — бушевал Джоуи, меряя шагами мою спальню. — Бесстыжий подонок возомнил себя великим воспитателем. Да он в жизни не сменил ни одного подгузника, а уж тем более не купил!
Прошло больше часа с тех пор, как мы поднялись в мою комнату, оставив родителей выяснять отношения внизу, и весь этот час Джоуи ходил туда-сюда как одержимый.
— Вся его семейка ему под стать! — продолжал тираду он, в отчаянии дергая себя за волосы, отчего они стояли дыбом. — Редкостные утырки, все до единого.
По-прежнему одетый в школьную форму, Джоуи расхаживал по моей спальне, в которой давно успел освоиться, поминутно останавливаясь, чтобы поправить постер на стене или сложить какой-нибудь предмет одежды из тех, что в избытке валялись на полу.
— Видела бы ты его ублюдка-папашу и мерзотных братьев, сразу бы все поняла, — ворчал он, сворачивая очередную пару моих джинсов. — А его мамаша? — Джоуи с содроганием покачал головой. — Это не женщина, а дьявол в человеческом обличье.
— Твоя бабуля? — изумилась я, устроившись на кровати, где делала себе небрежный французский педикюр. — Мне она показалась милейшей старушкой.
— Нет, ты путаешь с бабулей Мёрфи. — Джоуи убрал аккуратную стопку вещей в шкаф. — Она моя родня по линии матери. Да, бабуля у меня прелесть. Ты же с ней знакома.
— У нее еще такие симпатичные кудряшки?
— Ага. Это она подарила мне ту чудесную медаль из Нока16 для твоего восемнадцатилетия.
— Точно, обожаю бабулю Мёрфи.
— Надо будет ее навестить, — пробормотал Джоуи, потирая челюсть. — Сообщить новости.
— Насчет ребенка?
— Да. Бабуля у меня святая. А вот мать отца — чистая ведьма, — пустился он в объяснения. — Она настоящий тиран. Настолько бездушную сволочь еще поискать... Погоди-ка. Тебе разве можно пользоваться такими штуками? — Джоуи перестал ворчать и настороженно повертел в пальцах флакончик лака для ногтей. — В нем же содержатся всякие химикаты, вредные для ребенка.
— Если не вернешь лак, тебе это самому повредит, — пригрозила я, забирая у него флакончик. — Заканчивай ко мне цепляться, Джо.
— Эй! — Он примирительно всплеснул руками. — Я, вообще-то, беспокоюсь о малыше.
— Смотрите, какой правильный!
Джоуи закатил глаза.
— Так вот, о ведьме.
— О ведьме, — фыркнув, передразнила я. — Представляю, как ты будешь знакомить нашего ребенка с родственниками. — Похихикивая про себя, я завела басом: — «Малыш, вот твоя прабабушка-ведьма, а это твои мерзотные дяди».
— И твой дед — насильник и алкоголик собственной персоной. — Джоуи со стоном приложился лбом к дверце шкафа. — Бедная девчушка еще не родилась, а уже так встряла.
— Почему девчушка? Вдруг у нас будет мальчик.
— Боже упаси!
У меня екнуло сердце.
— Ты хочешь девочку?
— Просто не хочу, чтобы ребенок унаследовал мои черты, — ответил Джоуи, и его искренность ранила меня до глубины души. — И только порадуюсь, если у нас родится твоя копия.
— А я хочу. Хочу, чтобы ребенок был вылитый ты.
Джоуи ошарашенно уставился на меня.
— Моллой, хорош прикалываться.
— Никто и не прикалывается, — заверила я. — Ты порядочный, сильный, спортивный, талантливый, красивый. Чем плохие гены?
— Может, тем, что я раздолбай?
— Только временами, — хмыкнула я.
— А, ну раз временами, тогда все пучком, — съязвил Джоуи.
— Забыла добавить, что ты гораздо умнее меня.
— Самой не смешно? — фыркнул он.
— Ни разу. Ты, пожалуй, соображаешь лучше всех в параллели, и родись ты в другой семье, учился бы сейчас с Кевом и другими умниками.
— Ифа, я почти не появляюсь в школе, — смущенно забормотал Джоуи. — И сдаю все предметы только чудом.
— Ключевое слово — сдаешь, — возразила я. — Очутись в твоей шкуре Кев, Пол, да вообще любой чувак из нашей параллели, они бы давно сломались. Можешь отрицать сколько влезет, но мозгами тебя природа не обделила. — Я нанесла последний слой лака на мизинец, завинтила пузырек, а потом с очаровательной улыбкой откинулась на локти и пошевелила пальцами. — А теперь подуй.
Джоуи уставился на меня как на чокнутую.
— Совсем обалдела? Чтобы я дул тебе на пальцы?!
— Ну перестань, — заныла я, не переставая шевелить пальцами. — Я ведь беременна.
— Ну и? — с видом оскорбленной добродетели огрызнулся Джоуи.
— Не хочу, чтобы лак смазался.
— Значит, не смазывай.
— Подуй.
— Нет.
— Дуй мне на пальцы.
— Даже не мечтай.
— Джоуи Линч.
— Ифа Моллой.
— Ты сказал, что всегда будешь рядом.
— Да, в качестве твоего парня и отца нашего ребенка, но никак не твоего гребаного мастера педикюра! — запротестовал он, возмущенно жестикулируя.
— Ты обещал безо всяких оговорок, — капризничала я. — Не томи, поработай ртом.
— Это моя реплика.
— Она тебе больше не пригодится, если не подуешь.
— Твою ж мать! — Закатив глаза, Джоуи плюхнулся на край кровати и положил мою ступню себе на колени. — Чувствую себя полным идиотом.
— Ты лучший, — победно проворковала я. — Да, с выбором отца для ребенка я не прогадала.
— Хм, — без особого восторга буркнул он, поочередно дуя мне на ногти. Покончив с повинностью, Джоуи самым бесцеремонным образом стряхнул с себя мои ноги и направился к окну.
