— А чего хочешь ты?
— Ее.
Тони с минуту буравил меня сердитым взглядом, а после раздосадовано вздохнул.
— Черт возьми, Джоуи, мне было бы гораздо легче, если бы я тебе не симпатизировал.
— Хотя ей самой скоро рожать, она по-прежнему мой ребенок! — рявкнул он. — И всегда им будет. Я за нее умру. И убью кого угодно. Да, ты отличный парень, но сразу говорю, как мужчина мужчине, если ты хоть пальцем тронешь мою дочь или вашего ребенка...
— Тебе даже не придется пачкать руки, Тони, — перебил я. — Если такое случится, я сам себя прикончу.
— Никто не утверждает, что такое непременно произойдет, но ты ведь понимаешь, эта тема возникла не на пустом месте. Я знаю, ты отличный парень и очень любишь Ифу, но твоя семья, человек, который тебя воспитывал... — Он осекся, порывисто вздохнул и предостерегающе глянул на меня. — Мы друг друга поняли?
Мне словно вонзили нож в спину. К горлу подкатила тошнота. Однако я вынудил себя сглотнуть горький комок предательства и кивнул.
— Да, Тони, мы друг друга поняли.
— Еще раз, я ни на что не намекаю, — попытался он подсластить пилюлю. — Просто ты...
— Сын своего отца, — безучастно подхватил я. — Все ясно.
— Ну и что? — спросила Моллой по телефону, когда я в тот вечер возвращался домой с работы. — Как все прошло? Папа сильно зверствовал? Ты в порядке? Он тебя ударил? Умоляю, скажи, что он тебя не бил...
— Моллой, успокойся. Все зашибись, — перебил я, пока меня не подвергли полноценному допросу. — Я почти дома. Сейчас быстро приму душ, проверю ребят, а потом сразу к тебе.
— У тебя правда все хорошо?
— Да, Моллой, все отлично.
— Что он сказал?
— Спрашивал, собираюсь ли я на тебе жениться.
— О господи, — театрально простонала она. — А ты что ответил?
— Сказал, что мы тайно расписались, а вместо обручального кольца ты получила татушку с моим именем на заднице.
— Хорош прикалываться. Ты такого не говорил.
— Конечно не говорил, — ухмыльнулся я. — Как ты себя чувствуешь?
— С прошлого раза ничего не изменилось, — протянула Моллой. — Остынь, Джо, я осталась прежней.
Слава богу
— Слушай, я буквально в квартале от твоего дома, — добавила она. — На машине. Как соберешься, позвони, и я за тобой заеду.
— Ты у Кейси?
— Ага. Делаем ей мелирование. Мне нужно было срочно свалить из дома, чтобы не прикончить любимого братца ложкой.
— Если ты планируешь его заколоть, советую вооружиться чем-нибудь поострее.
— Например, ножом?
— Лучше вилкой. Не хватало, чтобы наш ребенок появился на свет в тюрьме.
В трубке раздался звонкий смех.
— А что, роба мне пойдет.
— Определенно, — согласился я. — Слушай, мне надо бежать, потом наберу.
— Люблю тебя.
— И я тебя.
Отключившись, я сунул мобильник в карман, но через секунду он снова затрезвонил.
Не удосужившись посмотреть на дисплей, я принял звонок и поднес телефон к уху.
— Нет, Моллой, полосатое тебя не полнит. И нет, ты не поправилась. И да, если ты вдруг поправишься, я буду хотеть тебя по-прежнему...
— Джоуи, беги домой. Срочно! — закричал в трубку Олли. — Пожалуйста, быстрее. Папа ее сейчас убьет!
— Кого, Олли? — выпалил я, чувствуя, как ноги сами несут меня вперед. — Маму? — От страха у меня перехватило дыхание. — Он избивает маму?
— Шаннон! — зарыдал Олли. — Он убивает Шаннон!
70
ОН ИЛИ МЫ 2.0
ДЖОУИ
Не чуя под собой ног, я с невероятной скоростью мчался к дому. Сердце лихорадочно колотилось, мозги кипели.
Завернув в сад, я увидел, как Олли с порога исступленно машет мне, призывая поторопиться.
Он что-то кричал, по его щекам струились слезы, но я не мог разобрать ни единого слова — все звуки тонули в громовых ударах пульса. Оглушенный, я ввалился в коридор и как во сне побрел по кровавому следу, ведущему на кухню. На мгновение я застыл в дверях, не в силах осознать увиденное.
Брызги крови на кафеле.
Распростертая на полу Шаннон.
Тайг, заслонивший ее своим телом.
Исступленные вопли мамы.
И он.
Он.
В эпицентре бойни высился
Спортивная сумка соскользнула с моего плеча, и грохот, с каким она упала на пол, вывел меня из транса. Дыхание сперло. Сердце раскололось на части.
Взгляд снова метнулся к Шаннон, и вид ее истерзанного тела отозвался во мне мучительной, невыносимой агонией.
— Ты сраный ублюдок! — Слова прозвучали как боевой клич. Охваченный жаждой мщения, я бросился на отца. — Грязная долбаная скотина!
— Джоуи, подожди!
Но я
— А ну, ударь
— Джоуи, пожалуйста, не надо...
— А ты заткнись! — рявкнул я, озверев от ее вмешательства. — Ты самая ничтожная мать из всех, что когда-нибудь ходили по земле!
Вне себя от ярости, отец врезал здоровенным кулаком мне в челюсть.
— Щенок!
