Изменить 6-го полностью

— Ну, есть жизнь или нет, но если ты будешь и дальше так продолжать, превратишься в него! Кончишь тем, что превратишься в то, что сам ненавидишь больше всего в мире!

— Даррен, заткнись! — встала за меня грудью Шаннон. — Джоуи, тихо, все в порядке. Не слушай его, ладно? Это неправда. С тобой все будет хорошо...

— Хватит болтать ерунду, Шаннон! Ничего хорошего нет. Ничего! — выкрикнул я, утратив над собой контроль. Маска, защищавшая меня от внешнего мира, упала, и эмоции выплеснулись наружу. — Знаешь, я часами сидел там в клетке, думая, как такое со мной случилось... Как я превратился в такое... все в голове смешалось. Но потом я позвонил тебе... — Голос сорвался. Превозмогая себя, я ткнул пальцем в маму. — Я позвонил тебе, чтобы ты пришла и помогла мне, а ты не ответила. И тогда я понял. — Всхлипнув, я развел руками, чувствуя себя беспомощным и одиноким. — Я сказал себе — вот почему. Вот почему я стал таким. — Сощурившись, я посмотрел на женщину, которой был обязан своим появлением на свет, и выпалил: — Потому что ты сломала меня!

— Это неправда, — возмутилась мама, качая головой. — Возьми свои слова обратно.

Нет, правда. В жизни с моих губ не срывалось ничего правдивее.

— Ты сломала мне мозги даже хуже, чем он! Он махал кулаками, а ты? Ты забралась мне в голову. — Меня уже несло, в каждом упреке звенели обида и боль. — Ты сломала мой разум. — Я ударил ладонью по виску в попытке донести, что со мной сотворила эта женщина. — Башка у меня не варит совершенно, а все потому, что в ней засел твой голос! У меня в ушах стоят твои мольбы о помощи и плач.

— Джоуи...

— Каждый раз, когда я закрываю глаза, появляешься ты. В моей голове. Плачешь. Умоляешь. Кричишь: «Спаси меня, Джоуи! Спаси меня!»

— Джоуи, перестань...

— Но я ведь не мог тебя спасти, мама! — со слезами выкрикнул я, презирая себя за слабость. За то, что продолжал ее любить. — Я не мог тебя спасти, потому что ты этого не хотела! Ты хотела, чтобы он был здесь! Ты хотела всего того, что случилось...

И тут мать так сильно ударила меня по лицу, что я на мгновение потерял нить своих мыслей.

— Не смей меня обвинять, — прошипела мама, тыча пальцем мне в грудь. — Я делала все, что могла, для тебя и твоих братьев и сестры!

— Ты делала все, что могла, для него, — возразил я. Для них. — Ты не можешь меня обмануть, помнишь? Я тебя вижу насквозь...

Мама снова ударила меня.

На этот раз еще сильнее — так что голова запрокинулась.

— Мама! — опомнился Даррен, вклинившись между нами. — Что ты делаешь? Не бей его!

Да, щека у меня горела, но это была ерунда по сравнению с болью, которую причиняла беспощадная правда.

— И это я превращаюсь в него? — Мой преисполненный презрения взгляд полоснул по сладкой парочке.

Задолбало.

Какой смысл?

— Я больше не стану так жить.

Надоело.

Больше так продолжаться не может.

Решение принято.

— С меня хватит!

Взлетев вверх по лестнице, я ворвался в свою комнату и принялся запихивать одежду в сумку. Зачем? Хрен его знает. Там, куда я собираюсь, она мне вряд ли понадобится.

— Джоуи, стой... погоди! Погоди!

Меня переполняло извращенное чувство свободы от осознания, что я в последний раз собираю вещи и больше никогда не вернусь в этот проклятый дом.

— Что ты делаешь? — донесся с порога возглас Шаннон.

— Я не могу здесь оставаться, — ответил я, не поднимая головы, чтобы не смотреть на сестру, не рвать себе душу. — Прости. — С тобой все будет хорошо. Об этом я позабочусь. — Я просто взорвусь, если останусь в этом доме.

— Ты имеешь в виду — на эту ночь? Ты поедешь к Ифе, а утром вернешься, да?

Нет.

Я не поеду к Ифе.

И не вернусь.

— Джоуи, пожалуйста...

— Мне так жаль. — Я понимал, на что обрекаю сестру, и ненавидел себя всем сердцем, однако выхода не было. Я застегнул сумку и закинул ее на плечо. — Я старался, но больше не могу.

— Джоуи, пожалуйста! — рыдала Шаннон, по обыкновению, цепляясь за меня. — А как же я?

Как же она?

Как же Тайг?

Как же Олли?

Шон?

Даррен?

— А как же я? — По моим щекам заструились слезы. — Как же я, Шаннон? Как же я!

— Но я люблю тебя! — плакала она, повиснув у меня на шее. — Я очень тебя люблю, Джо. Я забочусь о тебе. Ты важен для меня. Ты и сам знаешь! — В ее голосе звенело отчаяние. — Мы справимся вместе! Ты не должен...

— Послушай, — перебил я, пока ее слова не ранили меня еще глубже. — Мне нужно, чтобы ты сама о себе позаботилась, ясно? Мне нужно, чтобы ты это сделала ради меня. — Содрогаясь всем телом, я наклонился и поцеловал сестру в лоб. — Не полагайся на нее, или Даррена, или на кого-то еще, потому что в итоге мир тебя подведет. Они все тебя подведут.

По крайней мере, те, кто носит фамилию Линч.

— А ты? — Младшая сестра смотрела на меня с такой надеждой, словно я мог наладить ее жизнь, хотя мне не удалось наладить даже свою собственную. — Ты тоже подведешь?

— В особенности я, — выдавил я, задыхаясь под тяжестью признания.

А потом совершил самый благородный поступок в отношении сестры.

В отношении всех домашних.

Взял и ушел.

— Куда он идет? Он что, бросает нас?