Изменить 6-го полностью

— Насовсем? Но он не может уйти!

— Джоуи, не уходи!

— Джоуи, подумай как следует...

Отогнав сомнения, я сбежал вниз по лестнице и направился к двери. Надо поскорее уносить ноги, пока не растерял всю решимость.

Дети не пропадут.

Главное — в это верить.

— Сделай что-нибудь! Мама, скажи что-нибудь! Пожалуйста! Останови его!

— Джоуи, не уходи!

— Ты поклялся. Ты обещал, что не оставишь нас!

— Не горячись! — Даррен преградил мне путь. — Просто выспись, и мы поговорим утром, когда у тебя будет ясная голова.

— Я не могу, Даррен, — безучастно откликнулся я. — Уйди с дороги.

— Джоуи, нет... поговори со мной!

— Уйди с дороги, Даррен! — повторил я. — Сейчас же!

— О-ии. О-ии.

Голосок Шона почти сломил мою волю. Я судорожно перевел дух, не в силах обернуться и посмотреть на ребенка, которого воспитывал с пеленок.

— Пожалуйста, прости...

Оставалось надеяться, что когда-нибудь он сумеет меня простить.

Простить и понять, почему мне пришлось так поступить.

Почему пришлось уйти.

С родителями Каваны он обретет нормальную семью.

Они дадут ему то, чего не смог дать я.

— Останься, Джоуи, — срывающимся голосом умолял Даррен. — Я без тебя не справлюсь.

— Придется, — отрезал я и, отодвинув старшего брата в сторону, распахнул дверь. — Не подведи их.

Не связывай им руки, как связывал мне.

Позволь жить полноценной жизнью, которой мы оба были лишены.

Переступив порог, я захлопнул за собой дверь, нахлобучил капюшон и направился к стене, но вдруг застыл при виде Моллой.

Скрестив руки на груди, она стояла посреди дороги в желтых пижамных штанах и моей толстовке.

— Решил сбежать, не сказав мне? — Заплаканные глаза остановились на моей сумке, переброшенной через плечо, черты лица исказили отчаяние и гнев. — Я даже не стою сраного «пока»?

Конечно стоила. Она, как никто другой, заслуживала объяснений, но произнести ей их в лицо я не мог. Мое чистосердечное признание Моллой получит на бумаге. Той самой, что, аккуратно сложенная, лежала в заднем кармане школьных брюк. Той самой, что я намеревался опустить в ее почтовый ящик.

— Посмотри на меня.

Исключено. Моллой — моя ахиллесова пята. Если посмотрю на нее, повторю судьбу отца. Для меня оно, может, и неплохо, а вот для нее — совсем наоборот.

— Проклятье, Джоуи Линч, лучше тебе посмотреть на меня!

— Ифа, пожалуйста... — По моим щекам струились слезы, голова поникла. — Просто дай мне уйти.

— Не могу. — Она шагнула ко мне вплотную, окутав ароматом своих духов. — И не позволю.

— Мне нечего тебе дать, — убитым тоном произнес я. — Я не гожусь для тебя. Почему ты никак этого не поймешь?

— Да мне плевать на эту херню, Джоуи! — Моллой крепко обняла меня. — Мне просто нужен ты.

— Я больше не буду.

Пора выполнить свой долг. Ради них обоих.

Трясущимися руками я достал письмо, которое нацарапал, уйдя от Шейна, и незаметно сунул его в передний карман ее худи.

— Не буду топить тебя вместе с собой.

— Пожалуйста!

— Я не могу. — Она не уподобится моей матери. Только через мой труп. Я слишком ее люблю и сделаю для нее то, что не сделал для своей любимой женщины отец. — Прости, пожалуйста.

— Не уходи! — заплакала Моллой, когда я обогнул ее и зашагал по дороге. — Прошу! Пожалуйста, не уходи, Джоуи! Джоуи! Я люблю тебя!

Я тоже тебя люблю.

Больше жизни.

— Я знаю, — собрав волю в кулак, крикнул я поверх плеча. — И это плохо для тебя — любить меня.

— Джоуи, ты нужен мне.

— Нет, не нужен!

Единственное, что ей было нужно, — послать меня подальше, пока я не превратил сына в копию себя. Копию его деда.

— Тебе нужно отпустить меня, Ифа. Вот что тебе нужно!

Я сделаю для нее то немногое, что могу. Поступлю правильно.

— А как же...

— Просто езжай домой и не возвращайся сюда. — Я сморгнул слезы и велел себе не останавливаться. Скоро все будет кончено. — Сделай одолжение, забудь обо мне!

106

ВСЕ ИЗМЕНИЛОСЬ

ИФА

В истерике я сидела на холодном тротуаре, глядя, как Джоуи Линч исчезает из виду, оставляя меня совсем одну. Шаннон хлопотала надо мной, пытаясь утешить.

«Вернись!» — кричала я мысленно, а может, вслух, точно не знаю.

Зато я точно знала другое.

Знала, что на сей раз все изменилось.

В Джоуи произошла радикальная перемена.

Это читалось в его взгляде.

Он сжег все мосты.

Капитулировал.

Для него битва закончилась.

Огонь, который согревал его изнутри, помогал преодолеть все тяготы и невзгоды, погас.

Из дома выскочил Даррен, вопя, что Джоуи необходимо разыскать, но слова доходили до меня как сквозь вату — все звуки тонули в оглушительном, исступленном стуке сердца.

У нас будет ребенок.

А Джоуи уходит.

Самое страшное — он уже ушел.

Как он посмел меня бросить?

Он же поклялся.

Я поверила.

И верю до сих пор.

Нет, нет, нет, что-то здесь не так.

С ним беда.

Не отказывайся от него.

Он не в себе.