Обреченно вздохнув, я сжала в кулаке алую розу и направилась к Джоуи, не обращая внимания на любопытные взгляды и шепотки за спиной.
Кое-кто был в курсе.
Но большинство нет.
Честно говоря, плевать, что там кто подумает. Пусть сколько влезет гадают, почему я так поправилась, что заметно даже в черном платье.
В задницу всех.
Не останавливаясь, пока не встала плечом к плечу с единственным парнем, которого когда-либо любила, я устремила взгляд на свежевырытую могилу, бросила в нее единственную розу и, собравшись с духом, повернулась к нему.
При виде его красивого осунувшегося лица у меня перехватило дыхание, однако отчаяние удалось скрыть за маской непоколебимой решимости.
В этом особенность Джоуи Линча: ему нельзя показывать слабость.
Она его разрушает
Он столько лет оберегал близких, защищал тех, кто слабее его, и в итоге растратил всего себя.
Ему необходим сильный партнер.
Тот, кто способен сам о себе позаботиться.
Тот, с кем не придется нянчиться.
— Я же сказал: не приходи.
Никаких тебе «привет, Ифа», ничего.
Только убийственная прямота.
Он хотел попрощаться еще утром.
Но я не могла не прийти.
Совладав с эмоциями, я спрятала сомнения за наигранной отвагой и вздернула бровь.
— А я сказала: даже не мечтай.
— Ифа. — Его лицо исказила страдальческая гримаса, по телу прокатилась дрожь. — Тебе лучше уйти. Это вредно для...
Ребенка.
Ну кто не знает давнее поверье, страшилку, какой в старину пугали рожениц.
Однако любовь была гораздо сильнее суеверий.
— Мне все равно, — дерзко отозвалась я. — Сам подумай, разве я могла остаться в стороне?
Мы вместе прошли сквозь огонь и воду.
И я не могла допустить, чтобы он хоронил мать в одиночестве.
— Тем не менее.
Джоуи продолжал всматриваться в меня, будто искал что-то. И по всей видимости, нашел, раз у него вырвался вздох облегчения.
— Ну, готов? — Я сжала руки, чтобы не вцепиться в него.
Больше всего на свете хотелось схватить его в охапку и запереть в своей спальне.
Я выдавила из себя улыбку и добавила:
— К новому этапу?
Печальные зеленые глаза затронули мои самые потаенные струны.
— Нет.
Снова убийственная прямота.
— Отлично. Тогда нас двое. — Горло сдавило.
Я обхватила себя руками. Надо быть сильной, нельзя сломаться.
— Моллой.
— Просто обними меня и прижми к сердцу так, словно мы расстаемся на три месяца, — хрипло велела я, шагнув к нему вплотную.
Если он скажет еще хоть слово, моя и без того шаткая решимость рухнет.
Глубоко вдохнув, я ощутила исходящий от него чистый запах. Дезодорант «Линкс», свежий воздух, и ничего больше.
Ни алкоголя, ни травки.
Господи, как же он, наверное, мучается...
— Матерь божья. — Его губы коснулись моих волос; мои дрожащие пальцы по привычке потянулись к поясу его брюк. — Не жди меня, поняла?
Я рассвирепела, но промолчала.
Нельзя ничего говорить, нельзя.
Я и так держалась из последних сил.
До срыва оставалось совсем чуть-чуть.
Но не здесь, только не здесь.
— Живи своей жизнью, Моллой.
Очень смешно.
Ради всего святого, я ведь беременна его ребенком!
Реплики Джоуи лишний раз свидетельствовали, насколько он оторван от реального мира. Насколько помутился его рассудок. Насколько нарушен мыслительный процесс.
Кто-то посторонний мог бы принять его слова за эгоизм и глубоко ошибся бы. О себе Джоуи думал в последнюю очередь. Просто он совершенно выпал из реальности и находился где угодно, только не здесь.
— Заткнись, Джоуи Линч! — дрогнувшим голосом велела я, сжимая его в объятиях.
Нельзя, чтобы он увидел в моих глазах хоть тень сомнения.
Не смей даже допустить, что у него не получится.
Он обязательно вылечится.
А потом вернется ко мне.
— Люблю тебя, — зажмурившись, выдавила я.
— Теперь ты заткнись, Моллой, — страдальчески откликнулся он и запечатлел на моем лбу долгий поцелуй.
Хотелось, чтобы его губы татуировкой отпечатались на коже, ведь такого может не повториться. Его руки переместились с моих плеч на шею, потом замерли на лице.
— Я тоже тебя люблю.
— Я обязательно тебя дождусь.
Фраза прозвучала на редкость жалко. Так говорят те, кто жертвует будущим ради мужчины, однако мне было необходимо любой ценой вселить в него надежду.
— Не жди. — Джоуи наклонился и крепко поцеловал меня. — Лучше дождись чего-нибудь хорошего.
— Я не выполняю твоих приказов, — не прерывая поцелуя, шепнула я. — Давно пора понять.
— Потому что безумно глупая. — Его пухлые искусанные губы касались моих. — И только зря тратишь на меня время. Сама знаешь. Все отговаривали тебя со мной связываться, но ты не послушала...
