- Уходим! - крикнул Дьяк, схватил машиниста за шиворот и потащил вниз с насыпи.
Пернат забросил на платформу свой рюкзак, с первой попытки поджег свисающий бикфордов шнур. Удачная сценка вырисовывается: если не себе, то никому. Проявление классической славянской щедрости. Глядишь, могут и повестись "доги" при разборе полетов.
Состав пошел дальше, ничуть не замедляясь.
Мы же с Пернатом рванули в противоположную сторону. Широко взяли, абы подумали, что разбегаемся кто куда, как тараканы с кухни. По-умному ежели, то нам и не мешало разбежаться, чтоб стуком копыт внимание не привлекать. Но я ведь не знал, что такое "Эдельвейс" и где он находится, а уйти не попрощавшись не хорошо. Надо бы узнать, как и когда свою долю забрать смогу. Поэтому за первым же поворотом я падаю на хвост Пернату и держусь за ним, пока не становится понятно, что погони за нами нет.
Взрыв был громким. Вспышка, озарившая было глухие темные стены пятиэтажек, донесла отчаянные мужичие крики. Так могут кричать те, кому взрывом отчленило руку или ногу, до кости обожгло лицо. Видать, "доги" как раз к вагону подошли, когда шнур догорел.
Значит, мы сорвались. Повезло.
Представляю себе, что должно твориться на "конфетке" после того, как там узнают о сегодняшнем "чп". Не позавидую попавшим под горячую руку Вертуну тягачам. Ох, чую, не выдержат столбы веса.
Да уж, на фоне только что произошедшего, неудачное покушение на кражу четырех мешков муки казалось просто детским лепетом.
Отбежав на пару кварталов вглубь улицы, мы остановились за углом обрамленной высоким бетонным забором автостоянки. Огляделись, убедились, что тихо все. Присели, разом стащили с лиц ненужные маски, перевели дыхание.
- На хвост не выпали, - констатировал я, выглянув из-за угла.
- Да куда выпадут? - Пернат сплюнул, обнажил зубы. - Пусть радуются, что не всех взрывом вынесло. Я бы мог и еще подкинуть. Это у меня всегда с собой.
- Не оценят доброты, - говорю.
- Забей. Их проблемы. Курево есть?
Я пошастал за пазухой. Отлично, хозяйка не пострила сигареты вместе с бушлатом, как это частенько случалось у меня. Чиркнул спичкой. Растянули дымок, засмаковали отсыревший казахстанский табак.
- По сколько мешков на рыло будет, интересно? - озвучиваю вопрос.
- Нормально будет. Уж побольше, чем тем, кто позавчера на 'Урожае' промышлял.
Я выпустил ноздрями дым, посмотрел на собеседника: знает что-то или случайно в мишень попал? Не похоже, что б знал.
- Да ты не мандражуй, без пайки не останешься. Завтра - послезавтра заберешь свою долю, хай утихнет все это. Слышь, а ты за что старику должен? Иваныч вроде как ни с кем особо дел не ведет.
Вроде сидим, курим, можно и поболтать - почему бы и нет? Можно и поделиться напастями, пожалеться на обнаглевших в корень "догов", на Призрака, сдирающего три шкуры за скупую фразу, на ссучившихся тягачей, подавшихся на службу к Вертуну. Да много о чем, зацепи лишь. Можно и пошире душу разлить, будь на дворе год хоть бы две тысячи десятый.
Но все это кануло в Лету. Плескать языком ныне - что веревку себе плести. Рано или поздно получится петля. О чем бы ты не заводил речь с посторонним человеком, все это может сыграть против тебя. Любая поведанная тобой информация, даже самая безобидная, в итоге способна обернуться катастрофой. Меня ведь могут искать 'доги', верно? И они, конечно же, будут знать, что меня вел Гремучий. Гремучий, которого загрызли собаки. Явно, не дворняги. А я отрабатываю повинность именно за случайно убитого алабая. Нужно ли быть Пернату семи пядей во лбу, чтоб замиксовать все догадки в один коктейль? Да это все равно, что выдать ему как на духу - да, я тот, кто вчера покушался на 'Урожай'.
Хрена.
Между тем, Пернат ждал ответа. Зыркнул на меня, типа, чего это я? Он же чисто для поддержания диалога. Никакого вмешательства в личную жизнь. Может, и так.
- Сам понимаешь: долгами выхваляться особо не в жилу, - отвечаю. - Каждый кому-то за что-то должен, хватило б только дожить, чтоб оплатить счета.
- М-м, - портянул он, - ясно. Тоже правильно.
Я вспомнил о той вещице, что утяжеляла мой воротник. О ключе, что я должен передать Руно. Любопытство берет верх. Жека ведь был военным. Так, быть может, Пернат прояснит картину.
- Случаем не знаешь, что этим можно открыть? - спрашиваю, вытащив ключ из-за пазухи.
Завидев его, Пернат сморщился, стремясь отыскать рациональное зерно в блеснувшем латунью предмете.
- Что за?
- Да хер его знает. Нашел у одного 'клиента' на кармане, мыслю вот: от чего он? Не похоже, чтоб от квартирного замка.
Пернат задумался, засмотрелся в темный асфальт. Вспоминал чего. Даже курить перестал, треть сигареты истлела даром. Он покрутил ключом меж указательным и большим пальцами, блеснул на меня каким-то совершенно иным взглядом. Осторожно, Салман, - в ответ натянулась внутри меня струна, - осторожно.
- И нах он тебе нужен?
- Говорю же, подмел у мертвячка одного, - продолжаю включать дурака я. - Так и болтается на кармане. Вдруг открывает че важное?
- Рожок пятерки даю. Мах на мах.
