— Сказывают, что Светлана с художником нашим, Андрюхой, сочинили. И разук-расили рисунками. Да и не просто для высмеха, а по верхам проехались. Худа бы вот и не было. И название на разное наводит: "Диалоги нашего Платона. Беседа Сократа с Пахарем". Тоже вот не с чужим кем-то беседа, а с нашим, и нашего Платона. Да и Сократ тоќже свой. Кого вот хочешь под ними и разумей. Вишь, как бы рассудиќтельней они демиургынов, их поучают. Смутьяны, по-ихнему, одним словом.
2
За ужином, дома, сама Светлана и прочитала эти самые "Диалоги", помещенные в клубной стенной газете.
Иван вначале весело улыбался. Потом веселье поупало. Сказал, что название в ка-кой-то мере скрадывает остроту смысла: мнимый паќхарь и мнимый Сократ беседуют. Ху-дожественное сочинение. Но тоже не большое оправдание. Все зависит от того, как и на какие рассужќдения кого наведет…
Дмитрий Данилович, настороженный Стариком Соколовым, задумался. Взял лист-ки из рук Светланы. Заголовок вроде и верно на маскировќку наводит. Но это еще опасней: там, где маскировка, там и подозќрение. Кто вот эти Платон с Сократом?.. Пахарь еще туда-сюда. Сошелся вот в дороге с попутчиком, и поговорил, позубоскалил. Мало ли о чем поразмышлять дорога не наведет. А вот Платон?.. Вроде как поучитель. И не кого-нибудь, а самих демиургынов. Кто вот мог из ихнего колхозного люда на такое отважиться?.. И станут выискивать.
— Пробежал взглядом по листкам, отпечатанных на машинке. Глянул на Светлану. Проговорил заголовок вслух. Не то, что смеха, и улыбќка на лице потухла.
Стал медленно, с расстановкой читать вслух:
ДИАЛОГИ НАШЕГО ПЛАТОНА. БЕСЕДА СОКРАТА С ПАХАРЕМ.
Древний философ Сократ шел по пыльной рокадной дороге с суковатым можжеве-ловым подожком. Догнал его пахарь-горюн, узнал мудреца, сказал: "Мир дорогою", — и пошел рядом, ступая в ногу. Сократ принял его в компанию и вызвался между ними такой разговор, начатый пахаќрем, скорее из любопытства.
Пахарь: Ты самый умный, Сократ, и сказал бы вот мне, что я долќжен делать и чего не делать при нынешней житухе?.. И какая ждет меня впредь понуда?
Сократ: Разве ты сам не знаешь, для чего живешь, землю пашешь?.. Не для того ли, чтобы хлебом люд досыта кормить? А без понуды как тебе жить. Сам по себе еще больше замытаришься.
Пахарь: О том, что ты сказал, кому не знать. Но просто вот мне не велят считать себя кормильцем? Велят в одном месте сеять, в другом пахать. А когда Господь Бог уро-дит — с поля отвозить все второпях, не дожидаясь, когда все поле будет сжато и хлеб об-молочен.
Сократ: Как можно хлеб, не побывавший у себя в амбаре, куда-то поќнуждать тебя отвозить?
Пахарь: Да совсем бы такое нельзя, но понуждают… Вот и везешь супротивно, сам не углядев того, чем Господь тебя одарил.
Сократ: А как ты называешь того, кто такое тебе велит?..
Пахарь: Да как бы не назвать-то. Но вот не осмелюся. Он может и все другое тебе велеть. И наказать.
Сократ: Не сгонит же он тебя с земли, если ты скажешь ему то, что о таком дума-ешь?..
Пахарь: Да почти уж и согнал. Настоящего-то мужика-крестьянина при земле уж и не осталось… Но как совсем-то ему без меня? Я как ни как, а и его кормилец! Бумаги-то евонные, кои он шлет мне, поля не вспашут. Мало нас, кормильцев-то. Одних изжили, другие сами увиќльнули кто куда. А оставшимся нам в одном спасение — набираться те-рпежу и тензить не в радость свою.
Сократ: Значит, ты сам не по воле своей живешь. Но по совести не можешь не трудиться на земле и ее бросить?
Пахарь: Да и надо бы благодетелей-то наших проучить, все и бросить. Да сознание не велит. Это верно ты сказал о совести-то. Не одних вот демиургынов кормлю, как то ли по-научному, то ли по-народному стаќ ли у нас их называть, но и простой люд, тот же вот пролетариат.
Сократ: Выходит, тебе не отгородиться от ихних указаний. И почеќму ты вот назы-ваешь их демиургинами. Это искажение слова Демиург, наречение творителя жизни по Промыслу Божьему.
Пахарь: Да какие же они творители?.. Первый-то слог "деми", это там по-каковскому-то, значит люд, народ. А "ург" и "гын" — так окќ рикивают скотину. Вот они и погоняют мужицкий люд, будто гогочущее стадо гусей. А как бы хорошо было нам без погонял. Но что им делать если меня перестать понуждать?.. В помощники ко мне пере-ходить?..
Дак не больно и годны. И руками надо трудиться и мозгами шевелить по-своему. Захотят ли по-совести-то. Плутовать и тут начнут. Так лучше уж пусть сидят на месте. Только бы поотступились от меня. А там, глядишь, и сами бы переродились. Наизлом-то и тут не надо бы ничего брать. Что сломано, то и брошено.
Сократ: Так тебе жалко своих повелителей демиургынов?.. И ты сам потворству-ешь им, помалкиваешь вот, усмехаясь.
Пахарь: Да какая уж тут жалость. Но от них и всем миром не в раз освободишься. Понаделали контор, угнездились там как осы под стреќхой. Тронешь, окружат тебя и боль-но ужалят.
Сократ: А что ты считаешь надо бы сделать мужикам-пахарям?..