Нина не стала говорить, что еще ничего не поздно, и что при желании можно свернуть на другую жизненную дорогу. Ей показалось, что скажи она так, то поведение ее вмиг станет неестественным, а слова наигранными, по образцу произнесенными. Она шла и молчала, и, повернув голову к Леше, тихо ему улыбнулась, и тут же посмотрела вверх, на фонарь, и неожиданно заметила, что снегуже не идет. Фонарь светил ярко-ярко и ни одна, даже самая маленькая снежинка не мелькнула на фоне – кусочке зимнего пейзажа – который он освещал.Вдруг открылась чистота окружающего пространства.
Алексей же догадался, к чему Нина его спросила, и что подумала. Он был рад, что она не стала развивать тему дальше, и в такт ее прогулочным неспешным шагам, шел молча. Но ему вдруг загорелось узнать, сколько лет Нине.
– А!..
– Что?
– Да ничего, – заулыбался Леша.
И развернувшись, не как по команде и не потому, что оба что-то могли почувствовать, а лишь потому, что тротуар пересекала оживленная четырех полосная трасса и переходить ее, и идти дальше к окраине района, не было смысла.
А над городом вновь пошел снег. На сей раз редкий, мелкий, без эффекта сказки. Но было ли оно столь важным?..
***
«Спокойной ночи!..» – плыли приятным ненавязчивым эхом слова в мыслях, незаметно выбирались из мыслей и невесомыми шагами бродили по комнате, медленно-медленно усыпляли Нину и, незаметно для нее, рисовали улыбку на лице.
Ни за что бы Нина не могла предположить, что сегодняшний минувший вечер может таким необычным образом обернуться.
Было тепло на душе вспоминать кусочками приятные моменты вечера. Такого удивительного общения Нина не могла припомнить больше ни с кем.
Леша… Он был немножко странноватым, наверное, от того, что моментами скромничал, а моментами начинал говорить про все на свете, забывался, что скромничает и говорил-говорил…
В мыслях плутало очень много многоточий, глаза были закрыты и сон становился все ближе и ближе… Но Нина довольно долго не могла уснуть. Перематывание вечера и свободный, отчасти блаженный восторг не отпускали ее из яви.
…спокойной ночи…
И Леша, и его голос, и снегопад растворились в темноте. Сон оставил все где-то там, за горизонтами действительности.
Глава 10
Всё завертелось будничной суетой. Праздники закончились. Работа возобновилась, а зима продолжилась.
Нина была на работе. Кактус, что стоял возле ноутбука набил большой бутон и в ближайшие дни собирался его раскрыть. Нина бросила на него беглый взгляд и, к ней вдруг совершенно неожиданно пришло ощущение, что новогодних каникул и самого же нового года – праздника вовсе и не было. Она сидела и, не замечая того, вертела пальцами чёрную гелиевую ручку – вот в какой момент пришло к ней это ощущение, внезапно, словно морозный воздух чрез распахнутую дверь. И как такое могло произойти, было неясно.
«Какая-то глупость…» – плавая в странном ощущении, раздумывала Нина.
Было даже несколько забавно такое чувствовать. Вот не было выходных дней и всё тут. Совершенно не важно, что на стене висит новый календарь и, подойдя к нему, можно даже дотронуться пальцем до минувших уже дней. И никак не спасало ситуацию, что Нина нарочно, с особым тщательным усилием начала вспоминать события, которые сопровождали праздничные дни.
Перво-наперво, Нине представилась она сама, сидящая у родителей в зале на кресле с яблоком в руках. Какой-то растрёпано-задумчивой она вдруг себя увидела. И яблоко, казавшееся на тот момент вкусным, не вызывало у Нины сейчас никакого аппетита. И как только Ирина Сергеевна вошла в комнату, яблоко, кресло и зал уплыли в густой снегопад. И засуетились, подгоняя и закрывая друг друга собой, фрагменты встречи у кинотеатра с Лёшей. Но предшествующее сему вполне уютное сидение в кафе совершенно не вспоминалось.
И всё это, а еще Марта Андреевна, Катя, племянники, были именно в новогодние праздники. Нина знала это, но ей так навязчиво и неотступно казалось, что всё это было в какое-то совсем другое время и к новогодним выходным не имело никакого отношения. События, какими бы обыденными и мелочными они не были, отдельно, а праздники – отдельно. И Нине не пришло даже и в голову, что, если всё, что было отделить от выходных то, что останется с ними? Не могут же прошедшие дни быть пустыми? Пусть вяло текущей ленью и серым небом за окном, но они обязательно сопровождаются, самую кроху чего-то, но несут.
Нина резко встряхнула головой и положила ручку на стол. Ее привел в рабочее состояние какой-то шум, что раздался в коридоре, под самой ее дверью. Что-то мелкое и сыпучее засуетилось по линолеуму, и следом раздались голоса – мужской и женский. Нина не пропиталась любопытством к очевидно небольшому происшествию и сосредоточенно, увлеченно принялась разбирать папку, набитую до отказа файлами со срочными документами, требующими ее изучения.
