По всему фронту полка Эйкейрвиры — по всей линии Тизуэйла — другие роты, другие взводы последовали его примеру. Стрелки заняли огневые позиции, защелкнули затворы, убедились, что штыки надежно закреплены, разложили ручные бомбы. Целители в зеленых повязках с изображением кадуцея Паскуале воспользовались возможностью, чтобы сновать от норы к норе, разыскивая раненых и оттаскивая их обратно на пункты оказания помощи в их собственных глубоких бункерах. Огромные воронки, оставленные новыми 10-дюймовыми снарядами, уничтожили целые бункеры и участки траншей, которые их соединяли, но решительные отряды доларской пехоты обосновались в самих воронках, используя их вместо разрушенных ими окопов.
В течение десяти минут вся линия фронта ощетинилась готовыми и ожидающими стрелками, кашляющими от ядовитого дыма, вглядывающимися в него прищуренными, полными слез глазами, ожидая встретить атакующих испепеляющей завесой огня.
— Хорошо, — мрачно сказал адмирал Ливис Симпсин. Он защелкнул футляр своих часов и неторопливо сунул их в карман. — Вторая фаза.
— Да, сэр!
Еще одна малиновая ракета взмыла вверх и взорвалась в ярком утреннем солнечном свете.
Забавно, — подумал лейтенант Улисис между сильными, раздирающими пазухи чиханьями. — Где они, черт возьми, находятся? Единственное, чего они не делают, — это дают кому-то время подготовиться! Думаю, что даже чарисийцы иногда могут ошибиться в выборе времени, но это не похоже на них!
Конечно, он был благодарен. Не раз пехота еретиков — особенно их проклятые снайперы-разведчики — под покровом темноты подкрадывались не более чем на тридцать-сорок ярдов к изолированному доларскому пикету, а затем обрушивались на него под безжалостным градом гранат. Даже когда этого не происходило, они наносили сильный удар и как можно меньше предупреждали. На этот раз ему дали время, чтобы вывести весь его взвод на назначенные позиции, усилив пикеты, и еретики пожалеют, что дали армии Сиридан время на подготовку.
Но что-то в этом неестественном спокойствии, нарушаемом только глухими, продолжающимися ударами приближающихся дымовых снарядов, заставляло его кожу покрываться мурашками. Это было неправильно. Лэнгхорн знал, что еретики были лучше этого! Если они еще не штурмовали передовые линии траншей, для этого была причина, и…
Паутина пламени рванулась вперед от позиций армии Тесмар, как огненные змеи, следуя линиям горючего шнура, которые боевые инженеры натянули ночью на поле к «подставкам для ног». Модифицированные ручные гранаты, натянутые вдоль горючих шнуров, взорвались в быстрой последовательности, изрыгая фонтаны грязи, мушкетные пули и еще больше дыма, когда доларские «подставки для ног» детонировали в ответных взрывах.
Несколько доларцев, тщетно пытавшихся что-то разглядеть сквозь удушливый туман дыма, услышали взрывы. Некоторые из них узнали звук взрывающихся «подставок для ног», хотя даже они по-настоящему не осознавали, что слышат. Они предположили, что смертоносные устройства, должно быть, взрывались, когда вражеская пехота штурмовала защитные поля и кричала в знак предупреждения. Сигнал тревоги прошел вверх и вниз по передним позициям, и защитники более прочно заняли свои позиции. Что бы ни задерживало еретиков так долго, теперь они были в пути!
Но ни чарисийские, ни сиддармаркские стрелки не вышли из дыма.
Яким Улисис услышал звук, похожий на разрыв самого большого в мире паруса пополам, и его сердце, казалось, замерло, когда он понял, что это было. Понял, что должно было произойти.
Неудивительно, что они дали нам время! — он задумался. — Они хотели, чтобы мы вернулись из бункеров, прежде чем…
6-дюймовый снаряд, о прибытии которого он услышал, разорвался в трехстах ярдах справа от него. Этот причинил очень мало вреда. Но это был всего лишь один снаряд, и армия Сиридан сделала именно то, чего ожидал от нее Хоуэрд Брейгарт, когда шквал прекратился. Она поспешила занять свои оборонительные позиции… как раз вовремя, чтобы возобновившаяся бомбардировка застала его людей на открытом месте.
— Назад! — закричал лейтенант Улисис. Он вскочил на ноги, выпрямился и бешено замахал руками людям, которые не могли его услышать из-за внезапно возобновившегося раската грома, но вместо этого могли его увидеть. — Назад в койку!..
Один из новых 10-дюймовых снарядов разорвался почти прямо над его позицией.
Его тело так и не было опознано.
— Сэр, вы должны отступить! — яростно сказал полковник Макзуэйл Макгрудир. — Эта линия пропала! Вы понадобитесь сэру Фастиру в Боране!
— Черта с два он это сделает! — Клифтин Раджирз зарычал в ответ. — Я нужен ему прямо здесь, черт возьми, чтобы превратить этих жалких ублюдков обратно в долбаных солдат!
— Сэр, есть причина, по которой он в первую очередь построил линию Боран! Ему нужно, чтобы вы вернулись туда, направляя войска в нужное положение..
— Нет, он этого не сделает. — На этот раз голос Раджирза был ровным, с железным привкусом, и Макгрудир закрыл рот и умоляюще уставился на отца Антана Радригиза.
