— Думал, что я сижу в заточении? Или что у меня нет друзей? — подсказал Ник. — Совершенно очевидно, что ты ошибся: я свободен и стою перед тобой, а рядом со мной Мартин Фостер, мой друг. Представляешь — он ещё ни разу не был в Хьюстоне, и я вызвался сопроводить его на конной прогулке — которую, конечно же, одобрил мистер Вильямс. Заодно попрактикуюсь в английском. Ты не против?
— Я? — на Бена было жалко смотреть. Он переводил взгляд с меня на Ника и обратно, а про гарнитуру и вовсе забыл. — Я все сделаю. Правда. В лучшем виде. Т-только не говорите никому…
— Довольно, Бен. Успокойся. Просто сделай свою работу, как следует — и я обещаю, что буду нем, как рыба!
— С-спасибо! Спасибо, мистер Куртымов! — выпалил конюх и спиной вперёд убежал к лошадям.
Я похлопал Ника по плечу:
— А ты ничего так. Быстро учишься!
— Стараюсь, — скромно улыбнулся он мне в ответ.
***
Бен сработал молодцом — уже минут через десять мы с Ником выехали на одну из аллей, лучами расходящихся от Родео-Арены. Скакать верхом было непривычно и неудобно — да и само слово «скакать» я прочувствовал, только оказавшись в седле. Уже потом, много позже, Ник объяснил мне, как удерживать равновесие, как правильно располагать ноги и как держать поводья — но тогда, в Хьюстоне, я просто трясся в седле, стараясь не свалиться… и, пусть мы ехали вовсе не быстро, пару раз был очень близок к этому.
Сам Ник не испытывал таких проблем — умудряясь управлять собственным скакуном одной рукой, второй он держал поводья моего, и вдобавок — как будто одного этого было мало! — постоянно оборачивался, чтобы меня подбодрить. Выражения его лица я увидеть не мог — мы ехали в шлемах и масках, — но знал, что он наверняка улыбается. Наши лошади тоже были в масках — и выглядели, будто скакуны инопланетных захватчиков, в роли которых я недавно представлял братьев Гарсиа. Крутые бы из этих братьев вышли враги! Я даже ненадолго вообразил, что Арена — их космический корабль, с которого мы удрали, угнав пару вражеских киберхорсов — механических лошадей… но потом решил — это слишком уж по-детски, и вновь сосредоточился на том, чтоб не выпасть из седла.
А потом поездка вдруг закончилась.
Мы остановились позади автобусной остановки — от нашей аллеи её отделял ряд столбиков с фонарями. Ник, ловко соскочив с лошади — может, он всё-таки этот, как его… kazak? — привязал поводья к одному из столбиков, снял шлем, взглянул на меня и крикнул сквозь маску:
— Давай, привяжи своего!
— Прямо тут?
— А чего им будет? Маршрут-то один, так что их просто подберёт следующая экскурсия. Шлемы тоже оставим. А плащи и маски заберём себе — пригодятся!
Я кое-как спустился и привязал коня; отдал Нику шлем — тот аккуратно положил его рядом со своим. Затем, как ни грустно было расставаться с лошадьми, мы перешли в остановку, которая служила ещё и укрытием от пыли.
Здесь можно было снять маски и говорить нормально. На стене тепло светилось информационное табло со сменяющими друг друга символами, рядом помаргивали экран аварийной связи… и глазок камеры — которая, конечно, запишет нас. С большим запозданием я подумал о том, что внутри Арены камеры наверняка тоже были, причём везде: в коридорах, на лестницах… в конюшнях.
И, вполне возможно, даже в нашем номере.
Игнорируя эту опасность, мой спутник держался как ни в чём не бывало.
— Ну вот — нам больше не нужно никуда спешить. Мы сейчас спокойно подождём автобуса. Тут ехать минут сорок.
— Хочешь сказать, ты уже решил, где спрятаться?
— Разве не очевидно?! — просиял Ник в ответ. На инфотабло сменяли друг друга значки остановок по пути следования — и одним из них был шаттл поверх самолёта.
Приподнявшись, я выглянул из треугольного окошка.
— Осторожней! — сказал Ник. — Они могут включить датчики движения.
— Да я одним глазком… посмотреть, все ли ушли!
Убедившись, что в большом музейном зале никого не осталось, я снова сполз на пол.
— Все чисто. Не похоже, чтобы кто-то заметил, что мы тут спрятались, — я снова осмотрел лунный модуль изнутри. — Хотя лучше бы уж в подвале каком-нибудь: там и спокойней… и просторней. А тут страшно как-то — у всех на виду!
— В этом и суть, Марти. Никто не станет нас искать нас в космическом центре Джонсона. А в подвалы еще поди попади!
Слегка обидевшись, я умолк. Идея про подвал пришла мне сразу, как только я узнал: опасаться нам следует лишь живых людей — копов, ну и всяких там охранников. А вот камер мы могли совсем не бояться — так, по крайней мере, считал Ник. Ещё когда мы ждали автобуса, я высказал ему свои опасения — на что он улыбнулся и продемонстрировал предплечье, обвитое планшетом.
— Отцовский подарок, — похвастался он, как будто мне надо было объяснять, что ни у одного мальчишки никогда не хватит денег на такой гаджет. — Слыхал сказку про шапку-невидимку? То есть как «нет»? И книжку про человека-невидимку не читал тоже? Почитай обязательно — там очень интересно написано о том, что будет думать и делать человек, если он стал невидимым, и совсем бессовестный…
— А браслет?
