В результате, уже через пару месяцев по прилете, когда все Фостеры отправились осваивать планету, мне досталось «пробовать жизнь на своей шкуре». Рыбачить, загорать, купаться в речке. Дело непростое, но я и не жалуюсь.
Конечно, без Сети прям тяжко стало. Умники из Совета её хотят настроить, но внутреннюю. Вроде как Земля не хочет давать доступ к своей, да и сигналу вроде бы долго идти. Кто-то еще страдал от отсутствия разнообразие еды. А у меня в этом плане все как было, так и осталось. Железная Ти захватила приличный запас кукурузной муки. А на полях, благодаря какой-то вязкой жиже, что Ник назвал био-чего-то-там, посевы кукурузы не только взошли, но уже появились початки.
Переломы и повреждения после катастрофы при распаковке Новограда уже казались вымыслом и чем-то очень далеким. Кругом бурлила повседневная жизнь. Но я продолжал оставаться от неё в стороне, довольствуясь рыбалкой и походами в лес с небольшой группой каких-то там биологов. Они изучали местные растения и их плоды на съедобность, а я… Нет, я их не ел и проверяли не на мне, а в лаборатории. Я те самые растения и плоды для них добывал и срывал. За это со мной делились частью своего пайка — сладкими, питательными батончиками, которые привезли еще с Земли.
Само собой, об этой моей подработке никто не знал — иначе бабушка сошла бы с ума, а перед этим порвала бы на части «умников, шатающихся по нашим лесам». Отец бы покачал головой и предложил бы какую-нибудь схему, где платой стали бы не батончики, а что-то иное. А вот мне как раз хотелось сладостей, которые на Тау-Кане пока еще не производились. Да и по лесу лазить — одно удовольствие, несмотря на всякие мелкие опасности.
Мне даже казалось иногда, что лес живой. Поэтому я называл его не лес, а, пожалуй, Лес. Ник надо мной только смеялся, когда я ему об этом рассказал, но на самом-то деле я всегда чувствовал, что Лес словно смотрит на меня. И, кажется, он начал признавать меня за своего. Когда кто-то из биологов спотыкался, падал в ямы, запутывался в непролезайке, я всегда находил дорогу и выход.
В общем, жил я, прямо скажем, в свое удовольствие. С Ником мы теперь виделись реже, чем раньше — и это несмотря на то, что временные дома русских стояли всего в паре миль от нас. Даже Ник с отцом жили не в каких-то спроектированных особняках, а вполне себе в обычных временных жилых блоках, как и тысячи других людей.
Правда, дома они тоже бывали не часто, сутками напролет пропадая на строительстве Новограда: сдвинули место чуть дальше по течению реки, почти два месяца разбирали на части поврежденные капсулы, пытаясь достать из них хоть что-то ценное.
Однажды Ник взял меня с собой — нужно было что-то то ли отвести, то ли забрать из Новограда, а попутно — побывать на нашем тайном месте у водопада. Как же еще удачнее можно провести заслуженный выходной? Правда, о том, что это выходной и тем более заслуженный, знал только я. Думаю, что Железная Ти решила бы совсем иначе. Но чем мне еще понравился Тау-Кан, так это тем, что тут собралось все наши ближние и дальние родственники со всех штатов. И им требовалось чуткое и регулярное руководство, как говорила Железная Ти. В результате на меня у неё времени почти не оставалось, чему я был несказанно рад.
Глайдер быстро набрал высоту и мы летели прямиком в сторону солнца. Яркого, теплого и какого-то позитивного, что ли. Но тут же меня кольнули какие-то старые воспоминания. Я даже сперва не понял в чем дело — встревожился и начал нервничать. Вроде бы ничего не забыл? Ну, Железной Ти ничего не сказал, но так не впервой. Что-то другое. Точно! Солнце.
— Слушай, Ник. А может ли система Тау-Кан быть бракованной? — спросил я, припомнив слова “пиджака”.
— Бракованной? Это как? — весело взглянул на меня Ник.
— Откуда мне знать? Я ж не такой высоколобый как ты! — обиделся на него я и скрестил руки. — Если бы знал, то не спрашивал. Ну, допустим, может ли солнце потухнуть, или типа того?
— Ну, потухнуть оно просто так не потухнет, — ответил Ник и, судя по выражению лица, задумался. — Но, ты знаешь: и земное, и наше солнце когда-нибудь изменятся…
— Чего? Ты проще скажи: потухнет оно или нет? “Пиджак” из “Конкордии” про какое-то облако втирал, которое к системе идет…
— Облако? — напрягся Ник. — А вот это плохо, это довольно плохо. В здешней системе нет внешних планет-гигантов… ну, как Юпитер и Сатурн в Солнечной, чтобы своей гравитацией оттянуть его на себя, и если облако достаточно протяжённое, оно может достичь обитаемой зоны и частично скрыть солнце. Считай, всё примерно будет как при затухании.
— И надолго? На день, на месяц?
– А вот это я тебе без данных не скажу. Может быть, на год, может — на десять лет. А может, — Ник помялся, — может и навсегда. Облака ведь бывают огромными.
— В смысле “навсегда”?!
— Да не переживай ты! — улыбнулся мне Ник. — Во-первых, надо сперва проверить данные, а во-вторых, даже если достаточно большое облако и есть поблизости, то в систему оно войдёт не раньше, чем через сотню лет. На границах системы пока точно чисто.
